Удачная охота

Эта книга родилась как протест. Протест против того мира, который изобразил в своих книгах Андрей Кощиенко, переиначивая на свой лад мир Андрея Буревого. Речь идёт, конечно, не обо всём мире, так как в нём много интересных черт, он проникнут социальным реализмом средневековья. Речь идёт о роли, которая в этом мире отводится полностью женской цивилизации воинов — Варг.

Во время прочтения книги Кощиенко мне совершенно не хотелось смеяться в сценах, посвящённых Варгам, которые задумывались как смешные. Для меня все они были исполнены грусти, я глубоко переживал за этих клыкастых дам, хотя не исключаю, что автор хотел добиться именно такого эффекта. Но лично для меня все изображённые автором сцены были полны издёвки над Варгами, и основная причина тому — сама концепция Варг, отражённая в книгах.

Варги изображены женщинами, но такими, у которых изъята вся их слабость, а акцент делается на силу в мужском её проявлении. При таком изображении они перестают быть женщинами, превращаясь в нечто странное, заслуживающее лишь жалости, но никак не восхищения и преклонения. Так, настоящая женщина стремится не просто к самцу для спаривания, она ищет в нём поддержку, она хочет побыть рядом с ним слабой, даже если сильна характером от природы. Женщина способна глубже сопереживать, чем мужчина, способна поэтому быть совестью даже для самого жестокого и беспринципного мужчины. Именно женщина выступает подлинной совестью человеческой цивилизации, тогда как её разум ассоциируется с мужчиной. Всё это называется изящным русским словом «женственность», и именно этого Варги лишены.

Но Варги в данном случае — лишь одно из проявлений собирательного образа. Образ этот крайне распространён в современном кинематографе, когда женщины изображаются гипертрофированно сильными. При этом они неизбежно лишаются отмеченной выше женской слабости, фактически они лишаются женственности, превращаясь непонятно во что. Именно поэтому мне больно смотреть такие фильмы, именно поэтому мне больно читать про Варг. Именно поэтому я решил показать сильных женщин, сохранив у них их слабости. Только такие женщины будут по-настоящему отвечать гордому имени «женщина».

В книге показана женская цивилизация, вплетённая в преимущественно мужские цивилизации континента. Правда, здесь я добавил милым дамам способность всем существом увлекаться каким-либо мастерством, что на самом деле свойственно в большей степени мужчинам. В книге женщины посвящают себя архитектуре, ювелирной работе и даже оружейному делу. Но, думаю, читатели простят мне такой щедрый жест: женщины — из-за того, что я показал их с лучшей стороны, сделав им своего рода комплимент, а мужчины — просто из любви к женщинам. Искренне надеюсь, изображённый мир и женская созидающая цивилизация придётся по душе как читателям, так и читательницам.

Чтобы соответствовать сильным женщинам, мужчины представлены лучшей своей частью — офицерским сословием, причём, находящимся в книге в привилегированном положении. Это положение ближе всего к офицерству Российской империи. Но главное не привилегии, а то, что автор показал не праздную часть жизни офицерства, а, можно сказать, героическую её часть. Главный герой книги — это боевой офицер, закалённый постоянной опасностью и готовностью пожертвовать собой, ну и, конечно же, бесконечными дуэлями, попойками и жесточайшей дисциплиной военного времени. Выпущенный на гражданку он подобен дикому зверю, вырвавшемуся из клети. В книге преследуется цель показать это психологическое состояние военных, которое имеет место быть и в нашем обществе. Именно из-за этого состояния солдат по форме часто не пускают на дискотеки и в клубы, элементарно опасаясь их совершенно неуправляемого поведения. Такой тип мужчин больше всего соответствует показанным в книге сильным женщинам, находя в них понимание и некоторое ограничение своим бесшабашным выходкам.

Ну, в добрый путь по дорогам фантазии автора!

— Капитан, прошу вас подписать моё прошение об отпуске! — вытянувшись во фрунт, отрапортовал я.

Капитан был лишь на пару лет меня старше и от такого официального обращения в неофициальной обстановке его кабинета пришёл в откровенное недоумение. Его чёрные глаза впились в боевого товарища, пытаясь понять, что же тот от него хочет, и зачем весь этот балаган с обращением по форме.

— Вереск, ты что, совсем ох..? Мы же не на плацу! Говори по-человечески.

На его резонное замечание я лишь пожал плечами, снял с плеча лук, наложил стрелу и сильным рывком отправил к цели. Та впилась в стену в четырёх пальцах над головой капитана, но он даже не обратил на это внимания, только поправил разлетевшиеся в стороны от поднятого стрелой воздуха русые волосы.

— Хочу поохотиться, Курт. Подпиши прошение.