Научи меня танцевать

Входная дверь слегка пошатнулась под натиском ломившегося с улицы, затем послышались глухие удары, подобные раскату грома. Я поднялась и пошла открывать, машинально взглянув на старинные настенные часы в кованой металической раме: час ночи. Евгений Павлович лениво поднял морду и покосился сначала на дверь, потом на меня, потом снова на дверь и устроился обратно, тяжко вздохнув.

- Охранничек... - пробормотала я и пошла открывать, потому как грохот не прекращался.

Надо сказать, поздние гости не такая уж и редкость в доме отца. К нему шли все: заплутавшие грибники в состоянии близком к обморочному, раненые охотники, жители элитного поселка, активно разрастающегося неподалёку, застрявшие в непролазной грязи на дорогих спортивных тачках с низкой посадкой. Однажды пришел какой-то чудак за солью, мол, по-соседски. Какое может быть соседство, если на пятнадцать километров с трех сторон только лес, захудалая деревенька, жителей которых знаешь по именам, да одна-единственная дорога, а позади дома - довольно широкая река, с таким подводным течением, что только человек, начисто лишенный инстинктов самосохранения, решит в нее зайти? Но отец даже бровью не повел, дал соли, и мужичок удалился. Оказывал первую помощь охотникам, оставлял на ночлег грибников, вытягивал из грязи богатеев, которые, свернув с трассы, выбрали не ту дорогу на развилке. В общем, в этом доме всегда были рады всем, в любое время и по любому вопросу, чем нещадно пользовались жители деревеньки, где каждый знал – Егерь поможет.

Так как ввиду временного отсутствия самого Егеря почетные обязанности выполняю я, нечего было и думать о том, чтобы затаиться и малодушно переждать. Отец каким-то непостижимым образом узнает и страшно расстроится. Я прямо-таки вижу его большие грустные глаза, смотрящие с укором.

На пороге стоял Серега, с окровавленным мужиком на горбу, который то ли был без сознания, то ли на том свете. Впрочем, такая картина не нова, и я покорно посторонилась, пропуская дорогих гостей. Гости, кстати, в самом деле были дорогими. Сергей трудится не то охранником, не то водителем у какого-то дяди из того самого поселка, в который приезжали только на дорогих иномарках, любит стильные шмотки и легкий выпендреж. У его ноши на руке были часы примерно равные по стоимости моей городской квартире. Неплохой, между прочим, по меркам простых смертных.

Серега аккуратно переложил свой груз на пол и выдал незамысловатое:

- Василиса, помоги.

Я с сомнением покосилась на пол, мол, а есть ли смысл суетиться, как вдруг мужик слабо пошевелился.

- Чем? – поинтересовалась равнодушно.

- За нами хвост, - косясь на дверь заявил Серега, - никто не должен знать, что он еще жив.

- А он точно должен быть жив? - флегматично поинтересовалась я.

- А, по-твоему, я просто ради развлечения ночью по лесу его на себе таскаю? - разозлился он. Я стояла и молча выжидала, когда до него дойдет, что знать мне это в общем-то не от куда.

«Вот и огонек озарения промелькнул в глазах. Вот и славно, всего то пол минуты прошло. Мы же не торопимся» - пронеслось в голове. Хорошо, что я давно научилась не выдавать всю ту язвительность, на которую была способна. Зачем людям настроение портить?

- Короче, - спокойно начал он, - у меня максимум минут десять, чтобы оказаться как можно дальше отсюда, иначе нам обоим крышка. Моя тачка в вашей трясине, до дома пойдут пешком, шанс уйти есть, но он тает на глазах. Поможешь?

«Ваша трясина» прозвучало оскорбительно, не я ж ее культивирую в самом деле, а матушка природа, но в этом доме не отказывают. Я ненадолго задумалась, разрабатывая план. Надо отметить, голова у меня варит неплохо, особенно в стрессовых ситуациях. Бегло осмотрела ранения, в принципе, ничего смертельного: два пулевых по касательной, в левое плечо и руку, довольно глубоких. Бледный, на лбу испарина, но до обморока по общим признакам было вообще-то далеко.

Залила раны антисептиком и наложила тугие повязки. Пока это все, что успею.

- В погреб его, - скомандовала Сереге.

- Какой нахрен погреб, Василиса?! - взвизгнул Сергей от возмущения, а я чуть не фыркнула, так это забавно выглядело. - Он же там загнется!

- Загнется или нет не знаю, это время покажет, - ответила серьезно. - А ты либо слушайся, либо забирай свой полутруп и проваливай встречать гостей на дорогу.

- Черт! - выругался Сергей и потащил ценный груз к подполу. – Открой, – пробубнил он, а я продолжила инструктаж.

- Положи его за ящиками с картошкой и накрой мешковиной, - открыла лаз в подпол и включила там свет, продолжая пояснять: - она на стеллаже справа.

Схватила тряпку и вытерла капли крови, ведущие к подполу. Серега поднялся, закрыл люк и выжидающе уставился на меня.