Убийство в Альпах

– Добро пожаловать на наш курорт, месье Бартес! – улыбаясь встречал комиссара полиции из Марселя Иоганн Штрайхер – директор лыжной базы. – Прошу вас, ваша комната на втором этаже.

– Благодарю вас. – улыбнулся Леон, польщенный ажиотажем, который вызвал его приезд на курорт.

– В этом сезоне вы один из первых гостей. – заметил Штрайхер, когда они пересекали просторную и уютную гостиную шале, где расположились другие гости курорта. Леон бросил на них короткий взгляд, перед тем, как они свернули на лестницу.

– Для нас большая честь, что вы гостите у нас, месье Бартес. – признался Штрайхер

На втором этаже они прошли по коридору и остановились у одной из дверей. Иоганн достал ключ, вставил его в замочную скважину и повернул. Дверь открылась и Леон переступил порог комнаты. Из окон открывался живописный вид на Альпы, заснеженные горные вершины и белые шапки деревьев.

– Чувствуйте себя, как дома, месье Бартес. А если что понадобится – зовите.

– Merci beaucoup. – кивнул комиссар и поставил чемодан рядом с кроватью.

Наконец-то долгожданный отпуск! В уединенном месте, на вершине Альп, где царит тишина и покой, где можно привести все мысли в порядок и забыться…

Разобрав чемодан, Леон Бартес спустился вниз и прошел в гостиную, где собралось все общество, гостивших в шале людей.

– Добрый день. – сказал он, оценивая всех взглядом.

На кресле у окна с газетой в руках, положив ногу на ногу, сидел молодой и красивый джентльмен, спортивного телосложения и высокого роста, одетый в светло-синий джемпер и кремовые брюки. Он даже не повел бровью, когда в гостиной появился комиссар.

На диване сидело две молодые американки. Одна из них с темными каштановыми волосами и светло-голубыми глазами, одетая в спортивный костюм, подчеркивающий красоту и стройность фигуры, пила кофе, листая журнал.

Вторая была постарше и посолиднее. Длинные огненно-рыжие волосы каскадом ниспадали на плечи, взгляд был уверенный и гордый, глаза блестели. Она была одета в вязаный свитер и черные узкие джинсы.

– Мое почтение, дамы. – обратился к девушкам Леон и те ему подмигнули.

В свои сорок лет Бартес оставался привлекательным и пользующимся популярность среди женщин мужчиной. Он был хорош собой: с красивым загорелым лицом, темными карими глазами и каштановыми волосами, имел спортивное телосложение, благодаря постоянным тренировкам и прошлом боксера.

В кресле у камина сидел мужчина, с прилизанными к затылку светлыми волосами, в жилетке и брюках, поигрывая тростью в руках и раскуривая кубинскую сигару и изредка поглядывая в сторону двух американок.

– Леон Бартес. – представился комиссар полиции и протянул руку.

– Вильгельм Шмидт к вашим услугам, месье. – поднялся и выпрямился во весь рост молодой человек и горячо пожал руку французу.

– Вы не равнодушны к одной из них? – заметил Бартес.

– Откуда вы узнали? И какое вам вообще дело?

– Вы то и дело поглядываете в их сторону. Простая наблюдательность и простой вывод. – пожал плечами Леон.

В этот момент в гостиной появилось два взрослых джентльмена. Один из них был высокий и худой, в темном костюме, с вытянутым лицом и острым подбородком, черными как смоль напомаженными волосами и орлиным носом. Второй был постарше, тоже в синем костюме, седой, с усами и выраженным французским акцентом.

– Я граф Чарльз Блэквуд. – представился первый из них и протянул худую ладонь.

– Леон Бартес.

– Я знаю, кто вы и надеюсь, что ваше присутствие здесь не вызовет проблем.

– В каком смысле?

– Куда бы вы ни приехали, комиссар Бартес, всюду за вами идет смерть. И там, где вы останавливаетесь происходят убийства.

– Зло есть повсюду.

– Надеюсь, что в этот раз мы обойдемся без происшествий.

С этими словами Блэквуд встал к окну.

– Не обращайте внимание. Он всегда такой мрачный и угрюмый. – обратился к Леону француз. – Меня зовут Клод-Жерар Лавуазье. Будем знакомы.

– Очень приятно. – улыбнулся комиссар. – Прошу пройдемте.

– Чем же мы обязаны такой честью, что известный комиссар полиции из Марселя оказался среди нас? – восторженно сказал Вильгельм Шмидт

– Я, как и вы приехал отдохнуть, покататься на лыжах и весело провести время. – заметил Леон и сел в кресло.

– Неужели? – впервые за все время подал голос молодой человек с газетой.

Бартес не удостоил его ответом и обратился к Блэквуду:

– Вы правильно заметили, мистер Блэквуд, что куда бы я не поехал, где бы ни появился всюду за мной по пятам идет смерть и гибнут люди. Я размышлял над этим и задавался вопросом: что это? Мое проклятье или стечение обстоятельств…

– Давайте, лучше не будем говорить о преступлениях! – воскликнула огненно-рыжая американка, подскакивая с дивана. – К чему омрачать этим наш отдых?! Давайте лучше познакомимся с друг другом и узнаем, кто есть, кто?

– Отличная идея, мадемуазель! – подхватил Леон. – Меня самого уже тошнит от преступлений!

– Верно. К чему говорить о плохом, когда можно о хорошем! – согласился Шмидт.

– Тогда с вас и начнем, мадемуазель. – предложил Бартес.