У

В это самое время семьсот лет тому назад, с разницей, может быть, в несколько дней, генуэзцы и венецианцы сразились в жестокой морской битве из-за права торговли на Средиземном море. Генуэзцы ее выиграли и взяли семь тысяч пленных. Среди них был Марко Поло, только что вернувшийся после двадцатичетырехлетнего путешествия на Дальний Восток. Он был на службе у Кубла-хана, нажил богатство и повидал, как живут люди и что делается в таких местах, где до него еще не бывал ни один европеец. Это было прикольно.

Генуэзцы посадили Марко Поло в тюрьму, и он очутился в одной камере с сочинителем сказочек Рустикелло. Тот изложил на бумаге его рассказы, и нашлись люди, которые их очень высоко оценили, утверждая, будто в результате получилась книга, которая расширила кругозор европейцев как никакая другая. Высказывалось даже мнение, что история Марко Поло скорее всего затерялась бы, если бы не Рустикелло.

Сам я никогда ни в чем таком, связанном с правом торговли, не участвовал, ни на море, ни на суше. Нет у меня никакого интереса к торговле.

Сейчас я живу в полном одиночестве в маленьком поселке, где никого не знаю. Мне придется пробыть здесь некоторое время. С утра я даю уроки в окрестных школах, после чего предоставлен самому себе, осужденный на безделье. Сижу в гостиничном номере, где из окна открывается вид на реку, отрезок проезжей дороги да окрасившаяся в осенние цвета роща на склоне.

Недавно я сходил в аптеку за облатками с ментолом и эвкалиптом и теперь сосу их от кашля, который мучил меня в последние дни.

Мне тут скучновато. Только что я съездил на заправочную станцию норвежской госнефти «Стат-ойл» помыть машину, заляпанную грязью после тяжелой поездки по грунтовой дороге в горах. Строго говоря, в этом не было неотложной надобности, зато помогло убить время. Я выбрал самый основательный вариант мойки, когда используется струя под высоким давлением, включая мытье кузова и днища, сушку и протирание полирующим средством. Пока все это происходило, я сидел в машине. Всегда приятно смотреть на огромные крутящиеся щетки, в данном случае красные и синие.

Заодно я порадовал себя покупкой баскетбольных кроссовок в местном торговом центре. Цена была сбавлена с тысячи крон до четырехсот. Хорошие башмаки. Ярковатые, но добротные. Я их надел. И увидел плакаты, зазывавшие на концерт Арии Сайонмаа, он состоится на этой неделе на сцене местного кинотеатра. Скорее всего, там можно будет услышать «Скажу спасибо жизни за все, чем одарила». Но концерт совпадает с важным матчем Лиги чемпионов. Придется отдать матчу предпочтение. Играет «Росенборг» против какой-то европейской команды. Я болею за «Росенборг». У меня в номере стоит телевизор.

Когда я был помоложе, я как-то так в шутку прикинул: а не добавить ли себе между именем и фамилией вставку «Марко По»? А что? Неплохо сочеталось бы с моей фамилией! Но дальше прикидок дело не пошло, эта мысль так и осталась нереализованной шуткой. Я не стал подавать заявление. И я не сравниваю себя с Марко Поло. Между ним и мной мало общего. Он уж точно был покруче меня. Да и жил совсем в другом мире — никем еще не открытом, таинственном и привольном.

В моем мире на карте не осталось белых пятен. Если бы я построил плот и пустился на нем по течению протекающей мимо моего окна реки, я приплыл бы в озеро Хельшё, а затем по реке Клара-Эльв в озеро Венерн и очутился бы в Швеции. Я это знаю, хотя никогда там не плавал. Карты в наше время хорошие. Точные карты. Мы знаем, где что находится. И что как называется. Хельшё наверняка отличное озеро. Никто не собирается его критиковать. Но отчего-то не чувствуется в нем притягательности. Ну вот не тянет меня туда, и все тут!

Открыть что-нибудь никем еще не открытое у меня сейчас гораздо меньше шансов, чем было тогда у Марко Поло. Во всяком случае, в пределах земного пространства. А ведь именно в этих пределах и проходит моя жизнь. Но в двух пунктах у нас с Марко Поло есть кое-что общее: я тоже побывал в дальних краях. Не так долго, как он, но все ж таки я тоже попутешествовал.