У книги слабый корешок

Василий Гавриленко

У КНИГИ СЛАБЫЙ КОРЕШОК

рассказ

Анна Павловна сложила в сумочку обед, расческу, зеркальце, навесила на грудь автомат и вышла из дому.

                Было часов семь утра и солнце стояло довольно высоко. У цветочной клумбы роились пчелы, высоко в небе трезвонила какая-то пичуга. Анна Павловна с наслаждением вдохнула свежий воздух, подобие улыбки появилось на растерзанном лице. Неторопливо сошла с крыльца.

                Улица Трудовая спала. Вот уже пять лет восемь месяцев двадцать один день улица Трудовая спит.

                Анна Павловна прошла мимо заросшего лохматым кустарником дома Григорьевых. Григорьевы спят. Иван Анатольевич с Марией Сергеевной спят в дальней комнате, на двуспальной кровати. Их дети, семилетний Сашка и трехлетняя куколка Маришка, спят в детской.

                И Млечины спят, и Шибко, и Лиозовы… Спит улица Трудовая беспробудным сном. И город спит.

                Анна Павловна, слегка ссутулившись, пошла по растрескавшемуся асфальту, схваченному с двух сторон зарослями малины и шиповника. Каблуки ее стучали.

                Обыкновенно Анна Павловна носила удобные ботинки, найденные в магазине «Обувь для рыбака и охотника». В ботинках она совершала вылазки за продовольствием, охотилась.

                Но на работу – только каблук. Как прежде. Как всегда.

                Последний дом – деда Алё. В детстве Анна Павловна (тогда еще Аня), с подружкой Светой Морозюк (спит с мужем и сыном в двухкомнатной квартире на улице Ломоносова), лазали к деду в сад за клубникой. Тот, узрев нарушительниц, кричал из окна: «Алё! Алё!». На самом же деле деда Алё зовут Виктор Евгеньевич.

                – Здравствуйте, Виктор Евгеньевич, – тихо сказала Анна Павловна, проходя мимо заросшего палисадника деда Алё. Ей ответила скрипнувшая на ветру сорванная с петли калитка.

                Миновав Трудовую, Анна Павловна спустилась к реке Изюмке, весело гонящей по желтым камням прозрачную воду, с опаской преодолела дощатый раскачивающийся мосток. Дальше – улица Садовая, затем – Школьная.

                Здание школы, наверное, самое мрачное в городе. Солнце блестит в щербинах стекол, на крыше зеленятся березки-подростки.

                Ну, вот и пришла.

                Анна Павловна остановилась у одноэтажного деревянного здания, внимательно осмотрелась вокруг. Вздохнув, поправила автомат и направилась к крыльцу.

                У крыльца – синяя табличка с потеками ржавчины:

«Изюминская городская детская библиотека. г. Изюминск».

 На двери – амбарный замок. Анна Павловна наклонилась к фундаменту, вытащила, как зуб из десны, отвалившийся красный кирпич, достала из тайника ключ.

                Щелкнул амбарный замок, скрипнула дверь. Анна Павловна вошла в темное помещение, вдохнула родной запах. Запах старой бумаги, слегка запыленной, пропечатанной когда-то типографской краской.

                Она проследовала к едва заметной в темноте конторке, поставила на нее сумку. Автомат сняла и положила во внутренний ящик.

                Постояв в темноте и прислушавшись – не завелась ли крыса? – Анна Павловна направилась к окну, закрытому снаружи деревянными ставнями. Сквозь щели в ставнях пробивались лучи разгорающегося дня.

                Анна Павловна взяла с подоконника масляную лампу, сунула руку во внутренний карман. Чиркнула зажигалка, строгий профиль высокой женщины лег на стену. На фитиле лампы вспыхнул крошечный огонек, сразу же разгоревшийся и осветивший стеллажи с книгами. Корешки золотисто вспыхнули: «Толстой, Пушкин, Гоголь».

                Поставив лампу на конторку, Анна Павловна придвинула стул и села.

                Рабочий день начался.

                Сначала она переписала набело формуляры нескольких книг – на старых чернила так расплылись, что не видны индексы. Затем настало время ремонта. С предыдущего посещения Анна Павловна наметила десять томов, которым необходимо срочное лечение. Это были повести знаменитого писателя-фантаста. Детишки зачитали книги так, что корешки свернулись набок, страницы растрепались на углах и почернели от немытых ручонок. Из некоторых книжек вываливаются листочки – корешки переломлены.

                Анна Павловна вспомнила фразу, которой всегда провожала маленьких посетителей: «Сильно не надавливай, раскрывая книги. У книги слабый корешок».

                Одну из этих, зачитанных ребятней книг, она как-то раз взяла домой и прочла. Писатель рассказывал, как хорошо мы будем жить в будущем. Девочка-главная героиня и ее друзья будут летать в космос, совершать добрые поступки, бороться со злодеями…

                Жаль, что писатель ошибся. Но книги все равно нужно лечить.

                Анна Павловна решила распрямить по возможности корешки, затем проколоть их шилом (это будет сделать непросто!) и сшить суровой ниткой. А грязные страницы можно отбелить при помощи школьного мелка.

                Взяв из стопки первую книгу, женщина с головой ушла в работу.

                Когда в коридоре раздались шаги, Анна Павловна заканчивала с третьей книгой. Она так растерялась, что уколола шилом палец. На подушечке тут же появилась алая бусинка.

                Последний раз она видела живого человека пять лет восемь месяцев двадцать один день назад.

                И вот – перед ней человек.

                Сердце Анны Павловны затрепыхалось, как выдернутый из воды карась, глаза расширились от страха.