Тюремный романс

Есть в Тернове универмаг. Называется «Центральный». Так принято – называть универмаги по принадлежности к административной единице города. Здание – как по своей истории, так и по внешнему виду – уникальное. Что касается истории, то второго такого в России, пожалуй, не сыскать. В одна тысяча восемьсот девяносто седьмом году его сдал тогдашней приемной комиссии архитектор Бенуа, специально выписанный для этого из Италии государем Николаем Вторым. То ли торопился итальянец достроить Русский музей в Санкт-Петербурге, то ли не было у него большого желания возиться с этим терновским долгостроем, да только уехал он, не покрыв крыши. Бенуа есть Бенуа, и стыдно спрашивать с него за крышу, если дом построен. Терновские ваятели возводили бы его лет десять, причем никто не поручился бы за то, что это было бы похоже на дом. А Бенуа постарался на славу. Тернов – не Питер, и в то время в этом городе можно было строить здания, высотой превышающие Зимний дворец. Это в городе на Неве особенно не развернешься. Сначала по цоколю Эрмитажа вымеряй, а потом под эту высоту – планируй.

Одним словом, Бенуа разошелся. Хоть и три этажа, но пятиэтажные «хрущевки», сбитые в кучу в конце пятидесятых неподалеку от творения итальянского мастера, дышали ему своими чердаками в окна второго этажа. Поначалу строение планировалось под Собрание купеческих гильдий, но, осмотрев творение, тогдашний градоначальник Охлобыстин повелел отдать его под торговые пассажи.

С тех пор, какие бы вывески на здание великого мастера ни вешали, он оставался зданием, предназначенным для масштабных торгов. Традиция сия докатилась и до сегодняшних дней. И дело даже не в традициях, а в самой архитектуре. Бенуа строил торговые пассажи. Он, к примеру, не мог предполагать, что его детище спустя тридцать лет попадет в поле зрения руководителей Губревкома, а те разместят в этом чуде архитектурной мысли Губчека. Но Бенуа знал, что ваял. Функционерам от Чрезвычайной комиссии вскоре стало ясно, что если в этом доме одновременно заголосят все приглашенные на допрос свидетели, то эхо будет такое, что в далекой Австралии попадают с пальм дети всех угнетенных английским империализмом аборигенов. И потом, не до конца было ясно, где тут можно расстреливать, а где содержать. Удобнее всего приводить в исполнение было лишь в холле на первом этаже, а содержать в отделе галантереи, но тогда это была бы не Губчека, а предоставленная всеобщему обозрению преисподняя. Как же тогда доказывать безграмотным крестьянам и рабочим, что ада нет, а религия – это опиум для народа? Функционеры плюнули и оставили дом тем, для кого он, собственно, и строился. Очень скоро его интерьер на Петровской был облеплен вывесками «Главтерноврыба», «Швейтерновторг», «Мясо», «Водки-Вина» и прочими.

В две тысячи первом году мэр Тернова, преемник славных дел Охлобыстина, сделал то, до чего не додумывались его предшественники все сто с лишним лет после постройки дома. Если бы Бенуа знал, во что превратится его творение, он наверняка бы заплакал. Пассажи Бенуа – по примеру Терновского речного порта – от асфальта до чердака покрыли зеркальными стеклами, отчего оба здания приобрели вид гигантских ванных комнат, вывернутых наружу.

Но наступил момент, когда тревогу забили руководители ГИБДД. Дорога к универмагу «Центральный» вела через весь город, от Пятого микрорайона, и была пряма, как просека, прорубленная зэками для укладки рельсов на БАМе. Поэтому можно было, глядя на универмаг, выщипывать волосины из носа на балконе дома, расположенного на другом конце города. Дорога подходила практически к крыльцу творения Бенуа, после чего расходилась в разных направлениях под прямыми углами. Но тревогу гаишники забили уже после того, как случилось то, о чем они догадывались.

Эту ночь с пятого на шестое июня 2003 года будут помнить все горожане, но лучше всех, конечно, запомнят мэр Тернова Мартынюк, давший распоряжение придать универмагу облик космического объекта, и Виталька Кусков по кличке Штука.

Утром пятого Виталька, почувствовав приток депрессии, сел в свой «Мерседес-300» девяносто пятого года выпуска (угнанный из Германии и с перебитыми в Польше номерами пригнанный через Прибалтику), выкатился из-под своего дома, с парковки, и стал колесить по городу. Вся братва отправилась за город праздновать день рождения Яши Локомотива, забыв пригласить на это мероприятие Витальку, и оттого настроение у Штуки было гадкое. А все из-за пьянки, которая случилась в ночь с четвертого июня на пятое. Перебрав, Виталька устроил с разминающимся перед основным праздником Локомотивом соревнования по армрестлингу. Дело происходило в ресторане «Огни Тернова», в присутствии полусотни таких же, готовящихся к завтрашнему празднику, господ.