Тюр

Перевод: lauffy

Редактура: Rosland

Русификация обложки: Alena_Alexa

Тюр сидел в человеческом баре, в человеческом питейном заведении, в человеческом городе.

Естественно, это означало, что он находился в человеческом мире.

Брат, которого он вовсе не ожидал увидеть, по крайней мере, в ближайшее время и уж точно не по поводу работы, позвонил ему за день до этого.

Он предложил Тюру встретиться с ним.

Тюр оглядел место, адрес которого дал ему Локи, и нахмурился.

Само месторасположение не было проблемой.

Небольшой захудалый паб в Университетском районе Парижа был достаточно спокойным и уединённым. Это необычный выбор места для Локи, но Тюра это определённо не беспокоило.

Насколько помнил Тюр, Бога Хитрости обычно тянуло в более яркие, дорогие и откровенные места. Локи также обычно предпочитал сидеть на улице, на солнце, или хотя бы в помещении с хорошим освещением; он отлично продумывал все свои выходы и представление в целом, а это в свою очередь требовало подходящей одежды и освещения.

Тор часто бормотал, что Бога Хитрости можно было с легкостью назвать Богом Солнца, если бы он не был таким надоедливым, неисправимым и безнадёжным мерзавцем.

Конечно, теперь Тор говорит такие вещи всё реже.

Сам Тюр не имел ничего против соседского бара, заполненного завсегдатаями, которые в основном держались особняком и не привлекали внимания.

Нет, это сам Локи заставлял Тюра хмуриться.

Его брат, обычно весёлый, беспечный, придурковатый брат — до безумия придурковатый, по мнению некоторых членов семьи — говорил нехарактерно серьёзно и даже мрачно, когда Тюр наконец ответил ему на звонок по земному телефону.

Тюр не уверен, что хотел знать, что послужило причиной этой настойчивости в голосе Локи или беспокойства, которое он почувствовал в сердце своего брата за то короткое время, что они говорили.

Что бы ни было на уме у Локи, это волновало его настолько, что он почувствовал необходимость лично встретиться с Тюром. Конечно, Локи попросил Тюра приехать в Париж, где он в настоящее время жил, вместо того чтобы самому навестить Тюра, и тем не менее, даже с этой чрезвычайно похожей на Локи мелочью, всё это казалось очень странным.

Однако Локи правда изменился за последние месяцы.

У Бога Хитрости была новая жизнь, с молодой человеческой женой и даже своего рода дочерью в виде её младшей сестры и подопечной.

Тюр задавался вопросом, могла ли новая семья Локи быть настоящей причиной его беспокойства.

Очевидно, что приоритеты Бога Хитрости изменились, когда он прибыл на Землю. А его ставки касаемо судьбы человечества изменились ещё больше.

Сам факт того, что Локи позвонил Тюру, уже наводил Тюра на мысли о некоторых вещах.

Вероятно, Локи опасался начала какого-то конфликта и хотел, чтобы Тюр положил этому конец.

Это не было какой-то оскорбительной просьбой. Многие считали, что раз Тюр является Богом Войны, то он должен разжигать конфликты.

Но в реальности основная работа Тюра заключалась в том, чтобы их избегать.

Это казалось абсолютно нескончаемым заданием, словно катить валун на крутую гору, как это делал Сизиф в греческом мифе… или мыть посуду, или стирать, или просто пытаться прокормиться в таком мире, как этот, где для выживания требовалась еда.

Конечно же, Локи знал истинную роль Тюра.

Если Локи хотел принести что-то Тюру, это означало одно: Локи обнаружил то, что по его мнению могло стать проблемой для относительной стабильности человеческого мира на Земле.

Возможно, даже катастрофой.

Тюр посмотрел на свои дорогие серебряные человеческие часы, которые подходили к сшитому на заказ человеческому костюму, который он носил, чтобы не выделяться на Земле.

Локи опаздывал.

Тюр уже собирался позвать своего брата, чтобы узнать, находился ли тот в пределах ментальной слышимости, когда дверь питейного заведения с грохотом открылась, и вошёл высокий мужчина с чёрными волосами и рыжеватыми прядями в них, одетый в длинное пальто, зелёные брюки и подходящий к ним пиджак, в чёрную классическую рубашку с чёрным галстуком, итальянскими ботинками и золотыми часами с запонками.

Одна только стрижка Локи выглядела до неприличия дорого, словно на неё была потрачена не одна сотня евро.

Как обычно, Богу Хитрости удавалось сливаться с окружающими и одновременно значительно выделяться.

Он великолепно разбирался во всех человеческих фишках, возможно, даже слишком хорошо.

Локи привлекал к себе внимание по разным причинам. Какая-то часть облика Локи упивалась вниманием, и это поощряло его ещё больше.

Его светло-зелёные глаза осмотрели помещение человеческого заведения и затем остановились на Тюре.

Улыбка заиграла на его пухлых губах, но не дошла до лиственно-зелёных глаз.

Он торопливо направился к Тюру.