Тысяча незабываемых поцелуев

Рун

Было ровно четыре момента, которые определили мою жизнь.

Этот был первым.

***

Блоссом Гроув, Джорджия

США

Двенадцать лет назад

5 лет

— Jeg vil dra! Nå! Jeg vil reise hjem igjen! (прим. пер. норвежский. Я хочу уехать! Сейчас же! Я хочу вернуться домой!) — я кричал так громко, как только мог, говоря своей маме, что хочу уехать сейчас же! Я хотел вернуться домой!

— Мы не собираемся домой, Рун. И мы не уедем. Теперь это наш дом, — ответила она по-английски. Она присела на корточки и посмотрела мне прямо в глаза. — Рун, — сказала она нежно, — я знаю, что ты не хотел покидать Осло, но твой папа получил новую работу в Джорджии. — Она провела рукой вверх и вниз по моей руке, но от этого я не почувствовал себя лучше. Я не хотел быть в этом месте, в Америке.

Я хотел вернуться домой.

— Slutt å snakke engelsk (прим. перев. норв. Перестань говорить по-английски!)! — огрызнулся я. Я ненавидел говорить по-английски. С тех пор, как мы отправились в Америку из Норвегии, мама с папой говорили только на английском. Они сказали, что я должен практиковаться.

Я не хотел!

Моя мама встала и подняла коробку с земли.

— Мы в Америке, Рун. Все здесь говорят по-английски. Ты говоришь на английском столько же, сколько и на норвежском. Настало время использовать его.

Я стоял на своем, глядя на свою маму, когда она обошла меня и направилась к дому. Я оглядел небольшую улочку, на которой мы теперь жили. Здесь было восемь домов. Все они были большими, но выглядели по-разному. Наш был выкрашен в красный цвет, с белыми окнами и большим крыльцом. Моя комната была большая и на нижнем этаже. Я думал, что это своего рода круто. В любом случае неважно. Я никогда раньше не спал внизу — в Осло моя спальня была наверху.

Я посмотрел на дома. Все они были выкрашены в яркие цвета: светло-голубые, желтые, розовые... Затем я посмотрел на соседний дом. Прямо по соседству — нас разделял участок травы. Оба дома были большими, и наши дворы тоже, но между ними не было забора. Если бы я хотел, я мог бы забежать на их двор и ничего бы меня не остановило.

Дом был ярко-белым с крыльцом вокруг него. На крыльце стояла кресло-качалка и висели качели. Рамы их окон были черными, и прямо напротив моего окна было окно их дома. Прямо напротив! Мне не понравилось это. Мне не нравилось, что я мог увидеть их комнату, а они мою.