«Тяжёлая» вода

Заполярье – это целое спящее царство тундры, царство безмолвия… Будто бы наступило какое-то оцепенение у природы: все спит, дремлет. И небо, и море, и скалы, и тундра… Все вокруг спит каким-то тяжелым, беспокойным и беспробудным сном. Как спящая красавица, которая ждет своего принца, и который когда-нибудь придет и поцелует ее горячо и нежно? Но молодец все не идет и не идет, а красавица все спит и спит… Сотни миллионов лет длится этот нескончаемый сон, и ничего не меняется: небо, море и скалы-камни, выступающие из воды подобно панцирю огромных черепах, на которых покоится наша Земля, наша Россия. Правда, иногда, кажется, что красавица-природа, глубоко вздохнув, просыпается, расцветая весной ненадолго зеленовато – красным покрывалом мхов и ягеля, но приходит долгая и холодная полярная мачеха – зима и укрывает спящую красавицу пушистым снежным одеялом. «Спи!» – зловеще шепчет Зима своей падчерице, – Тебе не нужно просыпаться?! Еще слишком рано, еще не наступило время твоего пробуждения?» И так происходит из года в год, из столетия в столетие, из века в век… Природа спит и спит, а время неумолимо бежит вперед… А может, подобно песку в песочных часах, тонкой струйкой течет сверху вниз…

Нет, пожалуй, я не прав – это не песок бежит? Это течет вода! Сверху вниз льет, течет, капает… Дождем течет или снегом? Из верхнего сосуда Часов Времени – неба течет в нижний сосуд – Море и Землю, наполняя собой все свободное пространство внизу, пронизывая и намокая все и вся – скалы, тундру, дома и людей. Иногда даже, кажется, что Бог переворачивает Часы Времени, и тогда уже море льется на небо и облака нескончаемым потоком – стеной воды… Дождь, иногда переходящий в снег, идет часами, днями и даже неделями… Льет и льет нескончаемым потоком, не прерываясь. А природа продолжает спать, не обращая внимание на него: «Как сладко спиться в дождь! Не хочется просыпаться от сладкой дремы, вылезать из-под теплого одеяла и из теплой кровати? Хочется спать и спать!» И красавица спит и спит… А дождь все идет и идет… Даже кажется, что буквально все пропитано водой как губка: скалы, дома, причалы и подводные лодки, что подобно огромным китам жмутся к своим пирсам, сжимая толстые круглые кранцы. Вода повсюду – вверху, внизу, с боку, сзади и спереди, она везде… Просто стена воды, водяная пелена. Она бесконечна и нескончаема, водопад. И от нее никуда не деться. Льет и льет, льет и льет… Капли барабанят по козырьку «грибка» у КПП, не давая хоть ненамного задремать матросу – часовому, которому, несмотря на дождь, очень хочется спать. Особенно в этот предрассветный час, называемый на флоте «собачьей вахтой». Скоро побудка, осталось несколько минут до пробуждения моряков: пятнадцать, десять, пять…

«Команде вставать! Койки убрать!.. Команде приготовиться к утренней пробежке!» – в казармах (кубриках) экипажей зажигается свет. Железный голос дежурного офицера звучит из репродукторов четко и властно, по-командирски безапелляционно.

«Отставить утреннюю пробежку! Команде умываться! Дневальным начать проветривание помещений!» В кубриках довольно тяжелый дух от дыхания и не только сотен молодых людей, поэтому свежий морской воздух не помешает. Особенно морякам – подводникам?!

Часовой – дневальный на КПП, размяв онемевшие плечи и руки – ноги, неторопливо направляется в «дежурку КПП». Подойдя к двери, стучится и кричит:

– Товарищ мичман! Вы просили вас разбудить, когда сыграют «Подъем»!

Внутри небольшого домика начинается какое-то шевеление, движение… Дверь открывается, на пороге появляется заспанный помощник дежурного по КПП мичман «при кобуре, ПМ и портупее», медленно натягивая на левый рукав повязку «Рцы». Зевает. Смотрит немного осоловело на матроса, затем спрашивает:

– Когда будить летеху (дежурного по КПП)? Он что-нибудь говорил? Где он спит?

– Вроде бы в баталерке «сто семнадцатой» (К-117., прим. авт.)! – не совсем уверенно отвечает матрос.

– В экипаже «сто семнадцатой»? – скорее для убежденности, нежели из-за сомнения переспрашивает мичман, повернувшись и пройдя внутрь помещения КПП, начинает звонить по телефону.

«Команде закончить умываться!» – почти левитановским голосом «гавкает» репродуктор. «Команде приготовиться к утренней уборке»!.. «Начать малую приборку!»