Ты моя самая

Кифийская Империя. Меотия. Закрытый материк

Весенней порой в течение двух месяцев в период полнолуния по приказу любимейшей царицы-матери юные воительницы вступали в сексуальные отношения с чужеземцами или мужчинами, живущими по соседству, для продолжения рода. Родившихся девочек матери оставляли у себя, а мальчиков либо убивали, либо отдавали отцам.

В такие ночи, чтобы быть услышанными Богами, старейшие воительницы великого народа разводили костры на самой высокой горе Аморем и приносили дары: лучшие вина, фрукты, овощи, крупы, сладости, цветы – всё только ради того, чтобы эта ночь стала благословенной для каждой дочери племени, которая пришла совокупиться с мужчиной.

Полнолуние, гора Аморем

Три девушки в возрасте шестнадцати-семнадцати лет крались по лесу, стараясь забирать как можно дальше от священных костров, жарко полыхающих в ночи до самых небес. Дианира, старшая из них, выглядела очень необычно. У неё была смуглая кожа, как у адаров-завоевателей с соседнего острова, с которыми империя периодически воевала, и волосы красивого пепельного оттенка, заплетённые в две толстенные косы; тело выглядело натренированным и физически крепким. Мирра была чуть ниже ростом и смотрелась худой по сравнению с первой девушкой; у неё были крупные черты лица, большие миндалевидные глаза цвета спелого ореха, полные губы, а её волосы чернее самой ночи собраны в роскошный хвост на макушке и свободно струились по спине. Она постоянно тревожно озиралась на третью девочку, которая по сравнению с ними выглядела совсем малышкой, но была сказочно красива. Не так уж часто рождались среди воительниц такие беляночки: безупречная тонкая кожа, которая на солнце казалась прозрачной, волнистые волосы цвета спелой ржи и глаза цвета грозового неба. Ифина (так звали третью девушку) без конца спотыкалась и падала и постоянно хлюпала носом.

– Дианира, – робко позвала беляночка старшую подругу, в очередной раз запнувшись о камень и до крови разбив коленку. – Мне так страшно за наших сестёр, которые сегодня будут… – не смогла договорить и громко всхлипнула, быстро смахнула непрошенные слёзы, чтобы над ней не начали смеяться. – Которые должны… – снова не смогла досказать свою мысль до конца и зарыдала в голос. Остановилась и осела на землю.

– Дианира, подожди, – окликнула Мирра старшую подругу и бросилась к малышке. – Ну что ты, родная, – с заботой проговорила она, помогая Ифине встать. – Ты не должна плакать, это не пристало будущей воительнице. – Притянула к себе девочку и быстро стёрла предательскую влагу с её лица. – Ты сильная!

– Что тут у вас? – Дианира двигалась как зверь на охоте – незаметно и бесшумно, и поэтому девушки вздрогнули, когда она заговорила у них за спиной. Встретилась взглядом с Миррой, понимающе кивнула и обратилась к малышке: – Ифина, может, ты тогда останешься здесь? – Она пыталась в полумраке рассмотреть лицо подруги. – Просто мы и так уже сильно опаздываем, и я боюсь, что всё пропустим. А вы ведь хотели узнать, через что придётся проходить и вам в будущем, которое уже не за горами. Что тут осталось-то? Каких-то пять лет.

– Ни за что! – Ифина гордо вскинула подбородок, хватаясь за короткие клинки, висевшие по бокам у неё на поясе. – Я должна это увидеть, чтобы тоже знать, – снова всхлипнула, – что меня ожидает как младшую в семье.

Мирра нахмурила брови и до крови прикусила нижнюю губу. В её семье она была единственным ребёнком, матушка так и не смогла больше понести, хотя ещё дважды по приказу любимейшей царицы поднималась на ложе с мужчиной. Но закон был для всех един! В семье воительниц, будь ты младшая дочь или единственная, достигнув определённого возраста, должна вступить в интимные отношения с мужчиной, чтобы принести потомство, дабы твой славный род не угас. В Меотии каждый род обладал уникальными качествами, которые передавались из поколения в поколение.

– В моей семье помимо меня ещё три сестры, мне это вообще не грозит, – зло проговорила Дианира. – Пошла с вами чисто из любопытства, вдруг меня чего-нибудь особенного лишили, а я и не знаю. Вдруг мне это тоже надо, – и засмеялась каким-то неестественным смехом.

Темноту ночи разорвал бой барабанов. Девушки ошеломлённо переглянулись между собой.

– Я ведь говорила, что нужно выйти пораньше, – грозно подбоченившись, произнесла Дианира. – А вы всё канючили: “Надо подождать”, “Пусть окончательно стемнеет”. Из-за тебя, Ифина, мы теперь ничего не успеем увидеть. Слышите, как бьют барабаны? – Мирра с Ифиной, крепко обнявшись, испуганно кивнули. – Наших сестёр только что развели по шатрам. Таинство началось! Ну и что теперь будем делать?

– Бежим! – скомандовала Мирра и рванула со всех ног. – Я знаю короткий путь.

Три будущие воительницы, даже не подозревающие о том, что их любовные истории в будущем будут передаваться из уст в уста среди грозных и непреклонных кифиек, мчались по тёмному лесу, сойдя с нахоженой тропинки. Рокот барабанов подстёгивал их и словно вёл за собой.