Ты мой дом

Несмотря на огромные размеры, гостиная Исая кажется мне сейчас слишком маленькой. Находиться с тремя Гессами наедине душно и тесно.

Они сидят за столом, расслабленные, но, в то же время сосредоточенные. Амир копается в каких-то бумагах, Исай пьет, а Мир обложил себя целой кучей различной техники. Тут рации, ноутбуки и много чего другого.

Мужчины обсуждают предстоящее дело, а я будто в прострации.

После того, что произошло сегодня, я не могу смотреть на них также, как смотрела раньше. Я больше не вижу в этих мужчинах и капли хорошего, человеческого. Эгоистичные, жестокие монстры – вот, кто они для меня.

Эта комната – последнее место, где бы я предпочла находиться.

— Мир, что с машинами? — из мыслей вырвал голос Исая.

Весь вечер он не сводит с меня глаз. А я не смотрю на него. Ничего не могу с собой поделать, но даже звучание его тембра теперь вызывает у меня тошноту.

— Нашел два микроавтобуса, — Мирон затягивается сигаретой, выпуская в сторону дым. Комната закурена так, что глаза слезятся, а он каждый раз отворачивается от меня, словно это поможет.

Я думаю о том, что все у них так, на показуху. Делают вид, будто заботятся о ком-то. На самом деле их волнуют лишь собственные шкуры.

— Отдал парням в мастерскую, сегодня оборудуют всеми механизмами. Мы просто затащим контейнеры с бабками в тачки. По дороге парни утрамбуют налик в бочки из-под отходов. Спрячем на свалке, в нашем месте.

Исай кивнул. Амирам все делал какие-то записи в блокнот. На его переносице были надеты очки, и в купе с белоснежной офисной рубашкой, меняли его внешний вид до неузнаваемости.

— Провести такую сумку по старой схеме не выйдет. Да и люди Котова начнут искать бабки. Даже если все пройдет идеально, и они ничего не заподозрят, его ищейки будут шерстить город.

Мне стало не по себе. Не заподозрят, конечно. Вот только я буду на виду. Мир хотел что-то сказать, но осекся. Дверь в гостиную открылась и в комнату с подносом в руках вплыла высокая блондинка. Дождавшись от Исая разрешающей команды, она прошла к столу и поставила на него бутылку виски и вазочку со льдом.

— Ужин накрывать?

— Я сейчас уеду, буду к ночи. Остальных покорми. Что с Элис?

Девушка нахмурилась.

— Обед не тронула. Ужин я еще не отнесла.

После ее слов все парни стали чернее тучи. Заметила, как сжался кулак Исая.

— Хорошо, по приезду, зайду к ней.

Как только девушка вышла, Мир кашлянул.

— Брат, это слишком затянулось. Нужно все же в больничку.

Исай резко поднялся из-за стола.

— Разберусь, что нужно, а что нет. Ты сейчас думай о путях отхода. Нам необходим хороший запасной план, если нас засекут, – он вдруг перевел на меня взгляд. Я тут же опустила глаза на свои руки. Не хочу даже смотреть на него.

— Амир, объясни Лие ее задачи. До дела осталось пять дней, нужно проработать все «от» и «до».

— Завтра меня не будет, — Амир снимает очки и убирает их в сторону. – Собрание проведете без меня.

Исай кивнул.

— Лия, — позвал меня. — Идем, я покажу тебе комнату.

Я молча поднялась и под внимательными взглядами парней проследовала за Исаем.

Я шла, смотря себе под ноги. Внутри была полнейшая пустота. Ни злости, ни страха, не было ничего. Демид ушел три часа назад. Я знаю, что он больше не вернется. Знаю, что теперь меня для него не существует. И есть ли смысл о чем-то переживать, если самое страшное уже случилось?

Погруженная в свои мысли, не заметила стоящую на полу статую, случайно задев ее ногой, свалилась на пол. Боль пронзила правое предплечье, но я даже не пошевелилась. Так и осталась неподвижно, опираясь рукой о пол. Не было сил даже подняться.

— Ты в порядке? – прозвучал над головой его шепот. Обхватив мою талию рукой, он посмотрел на меня с тревогой.

— Бледная такая... – нахмурился недовольно.

А потом, ни слова не говоря, перехватил поудобнее. Оставшуюся часть пути Исай нес меня на руках. И я ведь даже не попыталась противиться. Вдруг поняла, что мне плевать.

Было все равно, насколько бережно он укладывал меня на кровать, как заботливо укрывал одеялом. Плевать на тревогу в его глазах, не отпускающих меня ни на секунду. Плевать на то, в порядке ли он, и что он чувствует. Я не злилась на него, даже не ненавидела. Я была пустой, словно выжженная после пожара земля.

В комнате темно, но даже так я вижу боль в его глазах. Он не уходит. Так и сидит на краю матраца, положив ладонь на мое плечо.

Я бы хотела быть сильной. Хотела бы сейчас испытывать к нему жгучую, удушающую злость. Такую же, как испытывала, когда здесь был Демид. Я хотела бы накричать на Исая, ударить и выгнать. Послать ко всем чертям и проклясть. Но у меня нет сил. Поэтому я просто закрываю глаза, постепенно погружаясь в сон. И когда я уже практически пропадаю, слышу его тихий шепот.

— Прости, крылышко, но у меня не было другого выхода. Я знаю, что потом ты поймешь, ты умная девочка...