Ты лучше всех

Кэтрин Беллами получила образование в классической школе королевы Елизаветы в Хорнкастле, графство Линкольншир.

Блестяще окончив это учебное заведение, она работала в банке, пока болезнь не вынудила ее оставить службу.

С тех пор Кэтрин помогает своему супругу, известному экономисту, и пишет любовные романы.

Писательница живет в Линкольне, увлекается чтением, теннисом и йогой.

Читатели по достоинству оценили вышедшие в серии «Скарлет» романы К. Беллами «Игры профессионалов» и «Смешанная пара».

Мы с удовольствием представляем вам ее новое произведение, сюжет которого, как всегда у этой писательницы, построен на тонкой интриге и держит читателя в напряжении до последней страницы.

Книги, входящие в серию «Скарлет», публикуются на русском языке по соглашению с лондонским издательством «Robinson Publishing Ltd» и выходят в свет вскоре после английских изданий.

Серию «Скарлет» можно выписать по почте наложенным платежом.

Заявки направляйте по адресу: 111250, Москва, а/я 56, «Скарлет»

— Мама! Почему тот дядя все время смотрит на тебя? — Эбби потянула мать за рукав, но Тесса Грант и бровью не повела.

— Не обращай внимания, — рассеянно отозвалась она, озабоченно просматривая список покупок и пачку счетов, чтобы сверить общую сумму затрат с имеющейся наличностью. Расходы, как всегда, превысили доход, что беспокоило Тессу гораздо сильнее, чем интерес к ее особе незнакомца, кто бы он ни был.

— Мама! — нетерпеливо повторила Эбби.

Не подозревая об ожидающем ее потрясении, Тесса неохотно подняла голову. И вытаращила глаза. Ладонь взметнулась к лицу, чтобы удержать сорвавшееся с губ непроизвольное «ох!», выдававшее ее смятение. Мэтт Стэффорд! Сердце болезненно взбрыкнуло и забилось быстрее; большие карие глаза Тессы, перехватив устремленный на нее стальной синевы взгляд стоявшего неподалеку мужчины, округлились.

Рослый, широкоплечий, наделенный суровой красотой, ничуть не померкшей с годами, он заметно выделялся среди посетителей кафе, в котором Тесса решила скоротать свободные полчаса до приема Эбби у стоматолога. Мэтт возвышался почти у самого входа: ноги чуть раздвинуты для пущей устойчивости, руки агрессивно уперты в бока. Своей решительной позой он будто бросал ей вызов, провоцируя осмелиться пройти мимо него. О нет! Ну зачем он появился здесь, теперь?! Тесса была в панике. Она ни разу не встречала его за шесть лет, миновавшие с их короткого, но страстного знакомства на Кипре.

Ее взгляд непроизвольно скользнул на сидевшую рядом дочь, и Тесса вдруг испытала огромное облегчение оттого, что Эбби, благодаря унаследованной от матери хрупкости, даже в школьной форме выглядела младше своих лет. Мэтт наверняка предположит, что я по возвращении в Англию вышла замуж и родила в браке ребенка, пронеслось у нее в голове, об истинном положении вещей он не может догадаться. Так почему же я дрожу? Тесса, чтобы не расплескать кофе, двумя руками осторожно опустила чашку на блюдце, стараясь не выдать неловким движением своего смятения.

— Кто это?

Тесса в ответ на требовательный вопрос дочери лишь качнула головой и, сцепив пальцы, убрала руки на колени, чтобы скрыть отсутствие обручального кольца. В оцепенении, словно завороженная, она сидела и смотрела, как Мэтт направляется к их столику.

Тот ступал медленно, будто тоже желал бы избежать этой встречи. Так повернулся бы и ушел, обиженно подумала молодая женщина. Было время, когда она мечтала о том, чтобы он вернулся в ее жизнь. Было и прошло. За шесть лет она — самостоятельно! — создала для себя и для дочери новый мир, а воспоминания о Мэтте Стэффорде похоронила так глубоко в душе, что он лишь изредка, нежеланный и непрошеный, являлся ей в снах — ярких и навязчивых, от которых она пробуждалась утомленной и вялой.

— Тесса.

Мэтт остановился у их столика, преградив ей путь к отступлению. Не в силах ответить, она смотрела на него, непроизвольно отметив, как мало он изменился за прошедшие годы. Сейчас ему, должно быть, тридцать четыре. И все такой же загорелый, подтянутый; тело гибкое, закаленное — даже элегантный светло-серый костюм не способен скрыть хорошо развитую мускулатуру. Шевелюра по-прежнему как вороново крыло, глаза пронизывающе синие, какими она их и помнила, хотя теперь в уголках притаились обаятельные морщинки, врезавшиеся в кожу от привычки весело смеяться. Правда, в данный момент Мэтт даже не улыбался — сверлил ее взглядом, в котором не читалось ни радости, ни волнения от неожиданной встречи. Тесса облизнула внезапно пересохшие губы и, кашлянув, выдавила едва заметную улыбку.

— Привет, Мэтт, — холодно поздоровалась она. — Надеюсь, ты в добром здравии?

Голос, слава Богу, не дрожит, обрадовалась она. Может быть, мне все-таки удастся сохранять небрежно-учтивый тон, пока того требует необходимость.

— Надеешься? — Он скривил в усмешке рот и скептически вскинул брови. — Я больше склонен полагать, что тебе плевать на мое доброе здравие.