Ты, как снег на голову [СИ]

Стефан устало откинулся в своем кресле и закрыл глаза. Ну вот, скоро и закончится его американская эпопея. Как только шасси самолета оторвётся от взлётно-посадочной полосы, так и закончится. Год назад он прилетел сюда с Ленкой. Стефан хотел сбежать от своего горя и невосполнимой утраты, уже второй в его жизни. Любимых и родных людей всегда тяжело терять. Они уходят, оставляя лишь воспоминания. Сначала, пять лет назад, погибла мама, а год назад умерла бабушка. Парень, конечно, понимал, что ей было уже девяносто лет и человек не вечен, но… Она терпеть не могла, когда Стефан пытался называть ее бабушкой Машей. Она любила, когда он называл ее Мари, хоть на самом деле была его прабабушкой.

Бывшая прима-балерина Мария Николаевна Белецкая была сильной женщиной. Она достойно пережила войну, внезапную смерть мужа, отъезд из страны единственной дочери, и невозможность с ней видеться долгие годы. Мари достойно выдержала все сложности, которые ей достались от судьбы. Затем случилось то, что всё же её подкосило — гибель любимой внучки Элен, матери Стефана. Мама… Она и Мари были центром его вселенной: красивым, ярким, весёлым. Своего отца он тоже любил, но тот был олицетворением силы, авторитета и полного доверия. Мама же и прабабушка были для него любовью и нежностью, тем теплом, укутывавшим Стефана всю жизнь, словно пушистым одеялом. Двадцать лет мама проработала в цирке, пятнадцать из них — воздушной гимнасткой, а погибла в автокатастрофе по дороге из берлинского аэропорта. Отец до сих пор не может себе простить, что не поехал её встречать лично. Наивно думать, что вмешайся человек вовремя — судьба сыграет иначе. А прабабушка? Она сильно сдала за эти пять лет, что прошли после смерти внучки. Со своей дочерью Анной, женой известного и очень богатого французского промышленника, Мария Николаевна не общалась уже около двадцати четырёх лет. С тех самых пор, как Элен пришлось сбежать из дома, чтобы быть с любимым человеком. Она вся пошла в любимую бабушку, если влюбилась, то один раз и на всю жизнь. Стефан никогда не жалел, что не вырос в богатом доме. Ему всегда всего хватало. Главное, он был окружен любовью и заботой. И что с того, что его веселая, брызжущая энергией и задором мама променяла брак с каким-нибудь отпрыском богатой семьи на веселую, яркую жизнь с потомком цирковой венгерской династии.

Ян Горовиц всю жизнь носил её на руках, и берег, как самое большое сокровище. Большой, мускулистый красавец-брюнет, бросающий метко ножи, орудующий виртуозно хлыстом, оказался очень добрым человеком. Единственное, что всегда огорчало маму, это то, что родители не хотели о ней даже слышать. Несколько раз она пыталась поговорить с ними, даже написала несколько писем, куда вложила детские фото сына, но… Слова её младшего брата Филиппа, что она вычеркнута из списков семьи и родные ничего не хотят о ней знать, разбили ей сердце. За что? За то, что послушалась себя, за то, что полюбила? Стефану всегда казалось, что в этой истории есть что-то странное и не логичное. Ведь по рассказам мамы, её родители никогда не были снобами. Да, французский дед имел аристократические корни, но вот бабка Анна была дочерью балерины и дипломата. Отчего же такое резкое неприятие? Стефан знал имя своего деда, знал, где живет эта семья, но желания зайти к ним в гости никогда не появлялось. Ведь все годы они знали, где и как найти свою дочь и её семью. Элен оставила координаты своему брату. После её гибели отец позвонил Филиппу, и сообщил о несчастье, но на похороны так никто и не приехал.