Ты извращенец, Гарри!

Гарри оглянулся на Васильева, затем обвёл взглядом ритуал и запустил его.

Сила смерти окутала руны, затем насытила главный контур и мёртвый старик, перемазанный дерьмом и рвотными массами, дёрнулся. Он медленно приподнялся и обвёл мутным взглядом комнату.

Остановив взор на двух живых в экранированном подвале, он втянул воздух в уже мёртвые легкие и сипло прохрипел:

— Он... должен умереть...

Васильев покосился на Гарри.

— Я проверил, закладок нет, — покачал головой молодой некромант.

— Все... они должны умереть... — добавил оживший мертвец.

— Кто должен умереть? — спросил Васильев, но поднятый мертвец отказался отвечать. Вместо этого он поднялся на ноги и медленным шагом, шаркая по полу, направился в сторону живых.

— Ради... будущего они должны умереть...

— КТО ДОЛЖЕН УМЕРЕТЬ? — громко и чётко спросил уже Гарри.

Мертвец замер, дёрнул головой, словно надоедливая мошка крутилась у самого уха, а затем рванул вперёд с криком:

— ОНИ УМРУТ!

Сделав всего несколько шагов, он с силой влетел в силовой барьер, который отбросил его назад так сильно, что тот покатился по полу.

— Умрут... они все умрут...

— Почему он не подчиняется, — нахмурившись, спросил Васильев, смотря на труп, который собирался встать и повторить попытку.

— Потому что это нежить, — почесал голову Гарри. — Дедушка, видимо, действительно был с прибабахом, раз его не берёт контроль.

— Да, у него было психическое расстройство, но при чём тут это?

— Должны умереть... — прохрипел дед, поднимаясь на ноги.

— При том, что мозг остается на месте. Если у него были отклонения, то они в таком умертвии никуда не денутся, — пояснил парень и покосился на Васильева. — Может всё же расскажете, в чём дело?

— Этот дед готовил покушение на главу рода Кузнецовых, — неохотно буркнул Васильев. — Причем не абы как, а серьёзно, с боевыми отравляющими веществами.

— Откуда они у него?

— Хороший вопрос. А главное, что за вещество? Наши химики над ним работают, но, судя по всему, это что-то новенькое. Сходу даже не смогли распознать действие. Там отложенный на сутки эффект, но мощность у него запредельная.

— Газ?

— Да.

— ДОЛЖНЫ УМЕРЕТЬ! — снова хриплым голосом из-за омертвевших голосовых связок закричал мертвец и ринулся на силовую преграду, но та опять отбросила его назад, настолько так сильно, что приложила спиной о противоположную сторону.

— Дух призвать пробовать будешь? — спросил следователь, не отрывая взгляда от старика, что умудрился сломать челюсть при падении, и теперь продолжал невнятно мычать.

— Нет. Одного раза хватило, — покачал головой Гарри. — Шведский некромант в этом мастак. Как бы в этот раз с жизнью за оплошность не попрощаться.

— Тоже верно, — кивнул Васильев и, тяжело вздохнув, махнул рукой. — Отпускай его. Ничего не добьёмся.

Гарри кивнул и уже хотел было активировать руну уничтожения нежити в центре ритуала, но тут заметил странность. Старик не пытался подняться. Вместо этого он засунул руки в рот и принялся рвать своё тело.

— Что он делает? — нахмурился Гарри и наклонил голову набок, стараясь понять, чем занят старик.

Умалишенный же выдрал переломанную кость нижней челюсти и, продолжая булькать, принялся макать её в свернувшуюся кровь и что-то рисовать прямо на полу.

— Гарри? — осторожно спросил Васильев.

— У него нет силы. Он не может ей пользоваться, — пробормотал парень, наблюдая за художествами умертвия.

Мёртвый дед тем временем вычертил огромный треугольник смесью лимфы, свернувшейся крови, слюны и желудочного содержимого, что тут же исторгал из себя, и нарисовал в центре подобие контура глаза.

Когда Гарри понял, что он увидел, он немедленно активировал руну и за полсекунды превратил сумасшедшего деда в кучу гнилого мяса и костей, замерших в центре рисунка.

— Твою мать... — прошептал молодой некромант, не сводя взгляда от того, что нарисовал мертвец.

— Ты знаешь, что это?

— Знаю, — кивнул Гарри. — Пожиратели... Он работал с пожирателями.

А вот это был уже серьёзный звоночек.

Я как задницей чувствовал: дед непростой.

Нет, и дело было не в том, что он был перемазан дерьмом и выглядел... как дерьмо.

Сама история с ним была странной.

Был себе клерк в тайной канцелярии. Хороший, опытный, знающий. Потом возраст начал брать своё. Что-то забыл, тут давление, первый инсульт. Оклемался с целителями, на ноги его поставили, но вот беда — мозги-то никакой магией не вернёшь. Вот и стал он чудить.

То про какой-то заговор мозг Георгию Романову проедает, то дела пропадают, а потом находятся у него в кабинете. Ну, его от греха подальше отрезали от всех допусков секретности и на рутину к завхозу перевели. Увольнять не стали, всё же сорок семь лет на службе.

Он и там чудил, конечно, но масштабы были не те. Завхоз в московском филиале на него жаловался, но тут уж начальство разводило руками. Мол, потерпи старика, ему недолго, а без работы не протянет — семьи нет и не будет.