Ты

Алана Инош

ТЫ

Посвящение: Яне – моему Утёнку, Саше – моему ангелу-хранителю.

Благодарность: моему любимому читателю Wegas – за общение в процессе написания, поддержку, интересные мысли, сопереживание.

Аннотация

Это не выдуманная история. Это история любви автора «Слепых душ» и «У сумрака зелёные глаза», а также история написания этих произведений. Если второй роман был написан всего за три недели, то с первым, «Слепые души», связано много мистического и даже страшного. Хотя кто-то может сказать, что всё случившееся было просто совпадением, но даже если так, то совпадением весьма странным и жутким. Как бы то ни было, жизнь порой закручивает такие сюжеты, которые нарочно и не выдумать. Здесь автор предстанет перед читателем без прикрас, со всеми своими фишками, пунктиками, заморочками и фетишами, со всеми бедами и радостями. Это не просто записки-воспоминания, это – портрет любимого человека и гимн ему. Это рассказ о том, как жизнь влияет на творчество, а творчество – на жизнь, а также о том, как реальный мир сплетается с художественным вымыслом в пространстве литературного произведения.

Предисловие

Вещь, которую вы сейчас открыли, писать мне было и легко, и трудно. Легко, потому что не требовалось ломать голову над следующим сюжетным поворотом или психологической достоверностью характеров персонажей, а трудно, потому что приходилось переживать всё заново… В том числе и те моменты, о которых мне хотелось бы забыть, но я не могу.

В отличие от остальных произведений, в данной вещи автор не ставит задачу впечатлить читателя хитроумно построенным и закрученным сюжетом, крутыми героями, неожиданными поворотами, а просто рассказывает историю, как она есть. Увлечётся читатель или нет – в данном случае для автора вопрос вторичный, ибо писалось это прежде всего для себя. Но если у этой истории всё же найдётся парочка заинтересованных слушателей – что ж, это тоже будет неплохо.

После окончания работы над «Слепыми душами» я долго не могла взяться за перо, поверив в мистическую способность моей писанины материализовывать описываемые события. Было ли это совпадением, случаем предвидения будущего или жуткой силой художественного воображения?.. Или всё из-за того, что я имела неосторожность упомянуть имя Воланда? Булгаковщина какая-то. Не знаю. «Ерунда», – можете вы сказать, и я не стану спорить до потери пульса, чтобы убедить вас в обратном… Потому что я не знаю.

В какой-то момент я ненавидела эту вещь и даже хотела её уничтожить. Она до сих пор вызывает во мне непростые чувства, но я учусь с этим жить и преодолевать это. Да, писатели – странные и страшные люди, они могут взять собственную душу, препарировать, вывернуть наизнанку, разрезать на куски, перекроить… И сделать произведение. Есть что-то мазохистское, ненормальное в этом. Это как писать собственной кровью. Впрочем, часто творчество – это нечто на грани безумия, и творческих людей нормальными не всегда назовёшь.

Но я хочу рассказать эту историю. О том, как были написаны «Слепые души» и что из-за них (а может, вовсе и не из-за них) происходило. «У сумрака зелёные глаза», надо сказать, тоже писалось не так-то просто – там тоже своя история. Я хочу это рассказать, потому что читатель видит только конечный результат – выложенную на каком-нибудь интернет-сайте книгу. А что стоит за ней – ему неизвестно. История эта местами достаточно грустная и непростая, так что если вы чувствительный человек и предпочитаете что-то более лёгкое, позитивное и оптимистическое, этакий флафф с полным хэппи-эндом, где всё и все «в шоколаде» – лучше не читайте. Или читайте «У сумрака зелёные глаза». Да, я сделала там хороший конец… просто так. Потому что исправить непоправимое этим было уже, конечно, нельзя. Но мы всегда можем построить в своём воображении желаемую реальность и ненадолго в неё погрузиться, поверив, что всё могло быть так. Да, это иллюзия. Но, по сути, весь наш мир – иллюзия, мы живём не в реальности, а в плену наших представлений о ней.

1. КАК МЫ СМОТРИМ ФИЛЬМЫ. «ЗЕЛЁНАЯ МИЛЯ»

Вечер. Дневные заботы позади, шум и суета оставлены за прозрачными, как туман, тюлевыми занавесками. Осенний дождик зябко скребётся в оконное стекло, как усталый и голодный бродяга… Хочется его впустить, накормить, обогреть. Я открываю форточку: «Заходи».

На плите шумит чайник, собираясь вот-вот закипеть. Делаю два вида бутербродов: с мягким творожным сыром и печёночным паштетом. Из комнаты доносится тихий серебристый перезвон гитары.

Откинувшись на подушки, ты сидишь в углу раздвинутого дивана и перебираешь струны. Легендарный Джефф Хили* играл на гитаре, положив её на колени, как гусли, а ты держишь инструмент традиционно. Твои глаза закрыты. Стараясь не мешать творческому процессу, я потихоньку ставлю тарелку с бутербродами и чай на табуретку. Ты так увлечена, что даже не поворачиваешь головы в мою сторону. Присев на другом конце дивана, я слушаю. Твои губы шевелятся: рождается новая песня.

Наконец струны смолкают, ты ставишь гитару на пол, прислонив её к дивану.

– Ну, давай.