Ты была, ты есть, ты будешь

Он – в белом. На бритой голове – замкнутая разметка красным пунктиром.

Она – в белом.

Все происходит в почти пустой комнате: кровать, стул, тумбочка, дверь.

Он (сидит на кровати, играет в «ладушки»). Ладушки– ладушки, где были? У бабушки. Что ели? Кашку. Что пили? Бражку… (Задумывается.) Бражку… Хочу бражки. Мама, хочу бражки! Мама…

Входит Она с тюльпанами в вазе и с сумкой через плечо. Ставит цветы на пол, кладет сумку на тумбочку, сама присаживается на стул рядом с ним.

Она. Ну, что ты раскричался. Я здесь. Рядом. (Обнимает его и гладит по голове.)

Он. Мама, хочу бражки.

Она. Еще чего выдумал.

Он. Хочу, хочу…

Она. Тебе нельзя алкогольных напитков. Особенно сегодня.

Он. Мам, а я хочу…

Она (качая головой, достает из кармана пакетик). Если бы ты так хотел лекарства…

Он (эхом). Лекарства?

Она (показывая на часы). Да, пора принять лекарства.

Он. Эти горькие, противные лекарства…

Она. В этот раз они будут сладкие.

Он. Их сделали на кондитерской фабрике?

Она. Да.

Он. Специально для меня?

Она. Да, и только что привезли. Держи.

Он подставляет ладонь, и Она высыпает несколько таблеток.

Он. Правда, еще теплые. Желтые, красные, зеленые. (Расставляет их на ладони.) Этот длинный – командир. Пухленькая – его кухарка. Эти – верные солдаты. Они смелые ребята. Готовы воевать. Готовы отправиться в любой поход, в любой полет. (Он приподнимает ладонь и собирается дать щелчка таблеткам.)

Она (мягко ловит его руку, опускает ее). Проглоти их.

Он (вздыхает). Хорошо. (Отдает таблеткам свободной рукой честь.) Прощайте, отважные герои фронта. (Закидывает их в рот одну за одной и прячет за щекой.) И ты, пухленькая, славный труженик тыла…

Она поднимает с тумбочки стакан воды, протягивает ему.

Он берет стакан.

Чай с малиновым вареньем?

Она… Нет.

Он. Значит с медом?

Она… Нет.

Он. С лимоном?

Она… Нет. Следующий раз будет чай с лимоном, а сегодня просто вода. Пей.

Он (пьет). Сладкие… С кондитерской фабрики…

Она… А теперь ты поспишь. Тебе нужно набраться сил.

Он. А я уже спал.

Она… Чем больше будешь спать, тем лучше.

Он. А зачем?

Она… Что зачем?

Он. Зачем лучше?

Она… Что это у тебя за щекой?

Он. Ничего.

Она (снова подает ему стакан). Ну-ка, быстренько глотай таблетки.

Он послушно пьет.

Она укладывает его и укрывает простыней

Все. А теперь спи. Тебе обязательно нужно набраться сил. Сегодня нам придется поработать…

Он. А сказку про Змея Горыныча?

Она… В следующий раз.

Он. А про трех богатырей?

Она… После змея Горыныча…

Он. А тогда, тогда…

Она (вздыхая). Никаких тогда. Спи давай…

Она встает, тихо выходит за дверь, но не закрывает ее полностью. Следит за ним из-за двери.

Он (оглядевшись, свешивается с кровати и выплевывает таблетки или то, что от них осталось). Тьфу, тьфу… Нет, я никогда не выздоровею. Я буду лежать так год, два, три, четыре… Нет, я буду лежать так сто лет, и мама будет приносить мне чай с малиновым вареньем, и с медом, и с лимоном. А еще мандарины и арбузы. Купит мне пистолет. И саблю. И будет обнимать меня и говорить: «Славный мой, славный»… А еще будет рассказывать сказки. Про Змея Горыныча. Про трех богатырей. Про Али Бабу. И петь песни тоже будет. (Напевает) «Баю-баю-баю-бай… Баю-баю-баю-бай…» (Покачивается, свесившись над полом. Потом медленно сползает под кровать, целится из воображаемого оружия в зал.) Боевому расчету занять свои места. Приготовиться к бою. Эй, вы! Я держу вас на мушке. Сдавайтесь! Встать! Руки верх! Сначала те, что справа. Потом…

Она (выходит из-за двери). Опять?

Он замирает.

Она вытягивает его из-под кровати, усаживает.

Хорошо. Не хочешь пить лекарства, не хочешь спать, тогда, может быть, все-таки немного позанимаемся?

Он (эхом). Позанимаемся?

Она… Да, давай еще раз попробуем. Еще раз. Итак, все, как в школе.

Он. Не хочу в школу. Не хочу в школу.