Ты бесишь меня, малыш

Все права защищены. Охраняется законом РФ об авторском праве. Никакая часть электронного экземпляра этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.

Утро казалось чересчур хмурым и черным, даже для московской зимы. Я проснулась в семь и не могла заснуть, хотя на учебу могла и не торопиться – там меня ждали к десяти. Уже три месяца я не работала, только училась, благодаря тому, что меня обеспечивал Макс – мужчина, который не был мне ни мужем, ни любовником, а кем-то третьим. Кем-то, кого я не планировала и никогда не видела рядом с собой в будущем. Мастером. Верхним.

Одно слово – и пробирает до мурашек, и память разворачивает целый ряд картинок: мои запястья в наручниках, паддл в его ладони, пряжка его ремня прямо перед глазами, когда сижу перед ним на полу и смотрю снизу вверх. Одно слово – и колени сразу чувствуют ворс ковра, а попа слегка сжимается, словно от хлесткого удара, и звук шлепка выстрелом бьет по ушам, а между ног становится тепло и влажно – как когда его пальцы сзади… черт. Хватит.

Макс этого всего не получит. Не сегодня. И завтра тоже. И на следующей неделе. Я реально очень зла на него. Он обещал мне приключение на день рождения, он целый месяц дразнил меня тем, что это будет нечто особенное, о чем я мечтала. А когда вчера наступил мой день рождения, его даже не было рядом. Когда он позвонил и сказал, что не придет домой, я подумала – это шутка. Мы договорились, что праздновать с тортом, свечами и гостями не будем – вместо этого будет тематическое приключение. И вот я осталась без праздника, совсем.

Просто потому, что в клубе, видите ли, прорвало какую-то трубу, и полы залило кипятком. Ремонтом и уборкой без него, разумеется, руководить некому – партнер никак бы не справился, сантехники не нашли бы протечку, и даже уборщицы водили бы тряпками кругами против часовой стрелки, а не по часовой, или как там положено. По правде, я взбесилась – высказала все, что могла – и про уборщиц, и про сантехников, и еще прибавила совсем дурацкую фразу про то, что бизнес для него важнее меня…

Клуб, конечно, был важнее для него, об этом можно было и не упоминать – только больно себе сделала. Мы вообще-то вместе всего четыре месяца, о чем говорить? И все-таки мне было ужасно неприятно. Я почему-то думала, что в мой день рождения он прилетит, несмотря ни на что – хоть потоп. И вот случился потоп, и он не прилетел. Козел. Я бы ушла, наверное, но три месяца назад я сделала глупость – доверилась ему и бросила работу. Пошла учиться на художника.

Макс – хороший психолог, неудивительно, что он легко убеждает меня во многом, а особенно легко – в правильности таких вот приятных решений. Но зачем ему это было нужно: помочь мне реализовать призвание или получить в собственность полностью, лишив самостоятельного заработка? Если верно второе, то его план работал неплохо – вчера мои руки сами тянулись собирать чемодан, и все же я его не собрала. Мне стало страшно. Придется идти с повинной к родителям или проситься к Лори. Ужасно позорно для девушки средних лет, которая еще лет десять назад как должна была начать откладывать деньги на случай таких вот затруднений. Но вместо этого вела себя как полный инфантил, надеясь на то, что в будущем будет только веселее, лучше и богаче. Никто нас не съест и мы будем в полной безопасности, как говаривали мишки Гамми и прятались в торт.

Он пришел поздно вечером, уставший и злой – и стал еще злее, когда обнаружил, что я не собираюсь ни извинять его, ни смиряться, ни спать с ним в одной кровати. Интересно, на что он рассчитывал после поздравлений по телефону и предложения отпраздновать с подружками? Я не хотела, к чертям, ничего праздновать с подругами. Все они были заранее предупреждены, что я праздную с Максом и успели обзавидоваться от моих рассказов. Я была такая счастливая, когда делилась со всеми этими планами, что мое настроение не портила даже легкая зависть в глазах некоторых.

А вчера мне было ужасно плохо и стыдно. Я не хотела никому звонить и говорить, что все сорвалось, и в собственный день рождения видеть жалость в чьих-то глазах: мол, ну, мы так и знали: конфетно-букетный период кончился, голубушка. Скоро начнется быт или того хуже – выставит он тебя, и дело с концом. Придешь еще на нелюбимую работу обратно устраиваться, с которой уходила в новую жизнь с такой эйфорией.