Твоя навсегда

Январь 1813 года

Если ее поймают, она умрет.

– Черт возьми, где ты?!

Лишенный телесной оболочки, голос прозвучал до ужаса близко. Его было слышно даже за ревом волн. Они близко! Эта мысль побуждала бежать еще быстрее, несмотря на угрожающий характер тропинки под ногами. Тропка оказалась очень скользкой, но останавливаться нельзя…

– Стой! Тебе же будет хуже, когда снова окажешься в моих руках!

Теперь голос звучал прямо над головой. Клер решилась обернуться, чтобы кинуть быстрый взгляд наверх. Затянутая дымкой круглая луна поднялась достаточно высоко, чтобы осветить край скалы, и в ее призрачном свете Клер различила темный силуэт – различила, несмотря на клубы тумана, накатывавшего с моря уже несколько раз за долгие часы после захода солнца. Сердце ухнуло вниз, и молодая женщина задрожала. Стараясь успокоиться, она сделала несколько глубоких вдохов, чтобы отдышаться, и попыталась обдумать свое положение. Путь, который она выбрала для побега, казался чрезвычайно опасным, но у нее не было выбора. Тропка, наверное, уже обнаруженная преследователями, была узкой и заканчивалась на головокружительной высоте, прямо над бушующей Атлантикой. И если ей вдруг придется повернуть обратно, то она непременно попадет в лапы преследователей, попадет к тем, кто хотел ее убить.

– Ты пожалеешь о том, что одурачила меня! Вот увидишь! – раздался тот же голос.

«Он знает или хотя бы подозревает, что я близко, иначе к чему эти угрозы?» – с ужасом поняла Клер. Опасаясь, что убийца заметит ее бледное лицо на фоне черной скалы, Клер подавила желание еще раз посмотреть наверх и, собравшись с духом, продолжила путь. Неожиданно нога соскользнула с тропы, и Клер, сдержав крик, вцепилась в скалу, крепко прижавшись к ней. В конце концов, ей все же удалось обрести равновесие, и она на миг замерла, прижимаясь грудью к нерушимому граниту. Затем закрыла глаза и сделала еще несколько глубоких вдохов.

Глядя на белые барашки волн, бьющих в скалистый берег, Клер с мрачным юмором подумала, что если упадет, то по крайней мере ей не придется беспокоиться о том, что ее убьют. Она проделает всю работу вместо убийц.

Мысль о том, что она упадет, что ее беспомощное тело ударится об острые камни, пригвоздила Клер к месту. Но потом она представила себе, какую судьбу ей уготовили преследователи. Привязанная к вонючей кровати в комнатушке возле кухни в фермерском доме, где ее держали похитители, она подслушала их разговор. Рано утром, когда все честные люди спят, а люди другого сорта, наоборот, промышляют, ее, связанную по рукам и ногам, собирались отнести к морю и сбросить в него.

«Утопить, как мяукающего котенка!» – радостно воскликнул их главарь, и от его веселья по спине пленницы пробежала дрожь. Вспомнив эти жестокие слова, Клер опять задрожала.

Было ясно, что банда незнакомцев намеревалась ее убить. Но почему? Почему? Как она ни напрягала ум, ответа не находила. Клер перестала задавать себе этот вопрос с тех пор, как обманула стражника. Она сказала, что ей нужно воспользоваться ночным горшком, и стражник, отвязав ее, подал требуемый предмет и отвернулся. Клер ударила его по голове горшком и бросилась бежать, спасая свою жизнь. Возможно, потом, когда этот кошмар закончится, она узнает, почему ее хотели убить. Узнает, если останется жива.

– Эй, Бриггс, ты что делаешь? Зачем путаешь бедняжку?

Второй голос прозвучал так же близко, как и первый, и Клер узнала главаря. Не удержавшись, она остановилась и, подняв голову, опять посмотрела наверх. Две темные фигуры стояли на самом краю обрыва, но заметили они ее или нет? Клер очень надеялась, что не заметили. Немного помедлив, она посмотрела вниз и увидела только пену у берега и черную безбрежную ночь за клочьями тумана. Но она точно знала: от относительно безопасного берега ее отделяют пятьдесят футов предательской тропы по скале.

Знают ли преследователи об этой тропе? Знают ли, что она, Клер, сейчас стоит на ней прямо под ними? «А может, они со мной играют, как кошка с мышью?» – промелькнула ужасная мысль.

– Господи, пожалуйста! – взмолилась она шепотом и взглянула на небеса. – Господи, я не хочу умирать! Не сегодня, не так! Ведь мне всего двадцать один год!

Внезапно она снова почувствовала, что вся дрожит.

Нет, так не пойдет. Надо взять себя в руки. Она не собирается умирать. Она уже многое пережила: раннюю смерть матери; тяжелое детство с жестоким отцом; обещание жениться, обернувшееся холодом и пустотой; и преступление, отдавшее ее в руки преследователей. Слишком много она испытала, чтобы так вот умирать.

Высказав себе все это, Клер усилием воли уняла дрожь и сделала еще несколько шагов. Из-под ног посыпались камешки, и она опять поскользнулась, но, сдержавшись, не закричала. Стиснув зубы, она нашла упор для ноги и заставила себя идти вперед. Если повезет, они решат, что она прячется где-то наверху, в зарослях дрока. Если повезет, им не придет в голову посмотреть вниз.