Творческий путь Ивана Ефремова

1957 год положил начало новому этапу в развитии научно-фантастической литературы и оказался для нее решающим рубежом. Конечно, это только случайность, что роман Ефремова «Туманность Андромеды» вышел в свет в том же году, когда был запущен первый искусственный спутник. Но в таком совпадении есть и какая-то закономерность. Ведь мировая наука давно уже начала готовиться к штурму космоса, а писатели-фантасты еще раньше приняли на вооружение идеи Циолковского.

За короткий промежуток времени и сознании людей произошли удивительные перемены. Раздвинулись границы мышления. Сложнейшие астрономические понятия из специальных научных трудов перешли на страницы газет.

[…]

В 1944 году в журнале «Новый мир» появился цикл «Рассказов о необыкновенном», подписанных неизвестным в литературе именем И. Ефремов.

Читатели и критика встретили вполне доброжелательно произведения «молодого автора».

Одним из первых обратил на них внимание Л. Н. Толстой. Тяжко больной, находясь уже на пороге смерти, Алексей Николаевич продолжал живо интересоваться всем, что происходило в советской литературе. Он пригласил И. А. Ефремова к себе в больницу и с места в карьер обратился с вопросом: «Рассказывайте, как вы стали писателем! Как вы успели выработать такой изящный и холодный стиль?»

«Начинающему автору» исполнилось к тому времени тридцать семь лег. Доктор биологических наук, видный палеонтолог и геолог, Иван Антонович Ефремов был участником и руководителем многих экспедиций Академии наук на Севере, в Закавказье, на Урале и в Восточной Сибири. Его перу принадлежало уже около полусотни опубликованных научных трудов. Ученому постоянно приходилось вести полевые дневники, описывать ископаемые, условия залегания пластов, окружающий ландшафт, минералы с их бесконечным разнообразием красок и оттенков.

Профессия геолога и палеонтолога требует точных наблюдений и умения фиксировать все, что видит глаз… Отсюда и поразивший А. Н. Толстого «изящный и холодный стиль».

Но главное, в чем выразилось подлинное новаторство автора «Рассказов о необыкновенном» — соединение строжайшей логики научного поиска с раскованностью художественного воображения, — было понято позднее, с дальнейшим прогрессом науки и популяризацией ее достижений.

В самом деле, «приключения мысли», определяющие движение сюжета, Ефремов впервые в нашей литературе раскрыл в природоведческом плане.

В наши дни новеллы о необычайных наблюдениях, открытиях и находках в различных отраслях науки стали самостоятельным и весьма популярным ответвлением научно-художественного жанра.

Ефремов выступил как новатор и в историко-фантастической дилогии «Великая Дуга», состоящей из повестей «Путешествие Баурджеда» (1953) и «На краю Ойкумены» (1949).

Дело не только в том, что в те годы в советской литературе почти не было оригинальных произведений, посвященных великим цивилизациям древности. Разрабатывая эту тему, Ефремов воздействует на воображение читателей совершенно необычным подходом к изображению интеллектуального облика своих героев, которые в борьбе с жестокой природой и социальной несправедливостью приходят к целостному восприятию окружающего мира, к осознанию могущества, заложенного в дружбе и солидарности людей разных народов.

«Великая Дуга» отмечена обычным в творчестве Ефремова сочетанием строгих научных данных с богатейшей фантазией. Точное воссоздание исторического, географического и этнографического колорита и… явно модернизированные образы героев. Но в этой сознательной модернизации, пожалуй, и заключается глубинный смысл произведения. Идеи интернационализма, истоки которого Ефремов находит в далекой древности, делают его историческую дилогию вполне современной. Символика исканий на Великой Дуге древнего мира воспринимается как своеобразный пролог коммунистической утопии Великого Кольца грядущих времен в романе «Туманность Андромеды».

Этот роман, принесший Ефремову мировое признание, был не только новым словом в научно-фантастической литературе, но и открыл для советской, шире говоря — социалистической фантастики новые, неизведанные пути.

Ефремов-писатель как бы дополняет и продолжает Ефремова-ученого.

Способность легко и непринужденно подниматься от частного к общему, от отдельного факта к множеству причин и следствий, от разрозненных наблюдений к еще не познанной, но уже наметившейся в воображении картине целого — характерная черта Ефремова, выделяющая его среди писателей-фантастов современности.

Пафос безграничного познания, радость постижения окружающей природы и всего материального мира — основа основ его литературного творчества. И в большом и в малом он старается уловить действие определенных закономерностей, за хаосом фактов — железную логику причинности. Иначе говоря, материалистическая диалектика подчиняет себе работу мысли ученого и писателя, в каком бы направлении она ни велась.