Цыганка

1893 год, Ливерпуль

— Прекрати играть эту дьявольскую музыку! Иди сюда и помоги мне! — донесся из кухни сердитый крик Алисы Болтон.

Пятнадцатилетняя Бет фыркнула, услышав, как мать отозвалась о ее игре на скрипке, и девушке захотелось заиграть еще громче. Но в последнее время Алиса стала очень раздражительной и могла подняться к ней и выхватить скрипку из рук, поэтому Бет положила инструмент в потрепанный футляр и вышла из комнаты.

Она как раз дошла до кухни, когда из магазина, находившегося внизу, донесся глухой удар, словно упало что-то тяжелое.

— Это еще что такое?! — воскликнула Алиса с чайником в руке, на миг отвернувшись от плиты.

— Думаю, папа что-то уронил, — ответила Бет.

— Ну не стой там столбом, сходи и посмотри, что случилось, — велела мать.

На лестничной площадке девушка остановилась и, перегнувшись через перила, глянула на лестницу, ведущую в магазин. Там явно что-то упало, но проклятий, которыми обычно сопровождались любые происшествия, слышно не было.

— Папа, у тебя все в порядке? — крикнула Бет.

Смеркалось, и хотя наверху газовые рожки еще не зажгли, она удивилась тому, что внизу лестницы не видно отсвета горящих в магазине ламп. Ее отец шил обувь на заказ, и ему было необходимо хорошее освещение. Поэтому обычно он зажигал лампы задолго до темноты.

— Что этот растяпа снова натворил? — прокричала из кухни мать. — Скажи ему, пусть заканчивает работу. Ужин скоро будет готов.

В семь часов вечера на Чёрч-стрит, одной из главных торговых улиц Ливерпуля, почти не было экипажей и телег, так что отец непременно услышал бы замечание жены. Когда ответа не последовало, Бет решила, что он вышел на задний двор, в уборную, а в магазин забрался бродячий кот и что-то опрокинул. В последний раз, когда это произошло, весь пол был залит клеем и им понадобилось несколько часов, чтобы его отмыть. Девушка быстро спустилась вниз, чтобы все проверить.

Ее отец не выходил из дому: дверь на задний двор была заперта изнутри на болт. Шторы были опущены, и в магазине царил полумрак.

— Папа, ты где? — позвала Бет. — Что это за шум?

Кота нигде не было. Дверь, выходившая на улицу, тоже оказалась заперта. Более того, отец подмел пол, навел порядок на рабочем месте и повесил кожаный фартук на крючок. Все как обычно.

Удивившись, Бет посмотрела в сторону кладовки, где отец хранил запасы кожи, лекала и некоторые инструменты. Он мог быть только там, но она не представляла, как отец может разглядеть в кладовке хоть что-то, ведь дверь была закрыта. Даже днем в этой комнате было темно.

У девушки появилось странное, нехорошее предчувствие, от которого по спине поползли мурашки, и Бет пожалела, что ее брата Сэма нет дома. Он ушел, чтобы доставить обувь заказчику, жившему в нескольких милях от них, и вернется еще не скоро. Бет не осмелилась позвать мать, потому что боялась, что та обругает ее за «причуды». Алиса всегда упрекала дочь, когда та, по ее мнению, вела себя неподобающе. По мнению матери Бет, пятнадцатилетняя девушка должна интересоваться только стряпней, шитьем и другими домашними делами.

— Папа! — позвала Бет, поворачивая круглую ручку двери, ведущей в кладовку. — Ты здесь?

Дверь приоткрылась только на ширину ладони, словно изнутри ее подпирало что-то тяжелое. Бет навалилась плечом и нажала. По полу что-то волочилось, должно быть, какая-то коробка или ящик, поэтому девушка продолжала толкать дверь, пока не открыла ее достаточно, чтобы заглянуть внутрь. Было слишком темно, чтобы что-то разглядеть, но отец, несомненно, находился внутри — она чувствовала знакомый запах. От отца пахло клеем, кожей и табаком.

— Папа, что ты делаешь в кладовке? Там же совсем темно! — воскликнула она.

Вдруг Бет похолодела от мысли, что на отца что-то упало и он потерял сознание. Девушка в панике бросилась в магазин, чтобы зажечь газовую лампу, и тут же вернулась в кладовку.

На пару секунд ей показалось, что напротив окна болтается большой кожаный мешок, но затем стало светлее и она поняла, что это не мешок, а ее отец.

Он свисал с одного из крючьев, вбитых в потолок. На его шее была затянута веревка.

Бет непроизвольно вскрикнула и в ужасе отступила назад. Голова отца наклонилась в сторону, глаза вылезли из орбит, а рот был распахнут в беззвучном крике. Он походил на ужасную гигантскую марионетку.

Теперь стало ясно, что за звуки они слышали раньше. Отбросив в сторону стул, на котором он стоял, отец случайно сбил на пол ящик с обрезками, несколько жестянок с лаком и бутылок с краской для кожи.

Было начало мая, и всего несколько часов назад Бет по пути в библиотеку злилась из-за того, что отец запретил ей искать работу. Она в прошлом году окончила школу, но он настаивал на том, что дочери приличных людей должны оставаться дома и помогать матери до тех пор, пока не выйдут замуж.