Цвет жизни

Современный любовный роман

Цикл: Любви особые обстоятельства

В тексте есть: романтика, настоящий мужчина, сложности и интриги

Ограничение: 18+

— Что за бумаги? — в изумлении приподнимаю бровь.

— Это пакет документов насчет наследства, которые должен подписать Валентин.

— А я-то тут причем? — недоверчиво прищуриваюсь.

— Тебе нужно отвезти их моему брату и сделать так, чтобы он все подписал.

— Это немыслимо! Я не специалист по таким делам.

— Света, ты дурочку-то из себя не строй! Кому удалось уломать японцев на долгосрочный контракт? А кто буквально вчера провел блестящие переговоры с корейцами? М-м-м?

— Дело в том, что я даже с ним незнакома. Сами знаете почему.

— Значит, пришло время познакомиться! — терпение Григория явно было на исходе. — В общем, так, если Валентин подписывает бумаги, должность остается за тобой. А если нет… Ты, конечно, ценный сотрудник, но незаменимых людей не бывает.

Не успеваю пробыть и минуты в своем кабинете после обеденного перерыва, как в дверь стучится Соня и сообщает, что генеральный директор вызывает меня к себе с пометкой «срочно».

От безысходности закатываю глаза. Тоже мне начальник! Без году неделя!

— Спасибо, Соня. Сейчас иду. — Референт понятливо кивает и выходит.

Профессиональное чутье бьет тревогу, что-то задумал наш «хитрый Гриша».

Еще неделю назад и подумать не могла, что буду зависеть от этого самодура. Надо же какой сынуля у Виктора Станиславовича выродился! А ещё говорят, что от осинки не родятся апельсинки… Иногда такие апельсинки у осинки рождаются, только диву даешься, как порой изощряется мать-природа!

Ну, все! Развела демагогию. Немедленно подмести некрасивые умозаключения о Григории Викторовиче в кучку, собрать в совочек и выкинуть прочь из моей головы. Не мое это дело судить человека. Главное, чтобы мне работалось, а ему — начальствовалось.

Хватаю со стола толстый ежедневник, карандаш, и отважно шагаю за дверь.

Деликатно постучавшись, прохожу в кабинет недавно усопшего Виктора Станиславовича Панкратова, который отныне занимает его старший сын. С ностальгией вспоминаю бывшего начальника и наставника в одном лице. Пусть земля ему будет пухом!

— Вызывали, Григорий Викторович? — не своим голосом чуть ли не пищу я, чем заслуживаю удивленный взгляд босса. Пришлось прокашляться.

— Светлана Родионовна, я ознакомился с графиком вашей работы, вы не были в отпуске целых два года.

— Да не проблема, — пожимаю плечами, — с Виктором Станиславовичем всегда было приятно работать, что даже в отпуске не нуждалась.

— Ты это зря, конечно.

Мой маленький бунт не нравится гендиректору и он резко переходит на «ты», как собственно говоря, мы и общались ранее.

— Отсутствие отдыха, всегда отрицательно влияет на качество работы. Вот что я придумал. — Шеф деловито барабанит пальцами по крышке стола. — Возьмите-ка ты недельку отпуска. — Какой заботливый! Подозрительно все как-то. — Отдохнешь, оправишься и заодно выполнишь для меня кое-какое поручение.

Слово «поручение» пульсирует в моей голове, предупреждая об опасности. Вот он, подвох! Ай-яй-яй, Григорий Викторович! Неужели решили от меня подобным образом избавиться?

Между тем Панкратов выкладывает на стол увесистую папку.

— Что за бумаги? — в изумлении приподнимаю бровь.

— Это пакет документов насчет наследства, которые должен подписать Валентин.

— А я-то тут причем? — недоверчиво прищуриваюсь.

— Тебе нужно отвезти их моему брату и сделать так, чтобы он все подписал.

— Это немыслимо! Я не специалист по таким делам, — развожу я руками перед новоиспеченным боссом.

— Света, ты дурочку-то из себя не строй! Кому удалось уломать японцев на долгосрочный контракт? А кто буквально вчера провел блестящие переговоры с корейцами? М-м-м?

— Дело в том, что я даже с ним незнакома. Сами знаете почему.

— Значит, пришло время познакомиться! — терпение Григория явно было на исходе. — В общем, так, если Валентин подписывает бумаги, должность остается за тобой. А если нет… Ты, конечно, ценный сотрудник, но незаменимых людей не бывает.

Обреченно вздыхаю и предпринимаю последнюю попытку аргументировать свою точку зрения.

— Григорий Викторович, вы уверены, что именно я должна отвести столь важные документы вашему брату? Было бы правильнее, если бы такой личный вопрос, как наследство, вы решали сугубо между собой, а не вводили незнакомого человека в пространство семьи.

— Светлана, вы на протяжении четырех лет являлись личным помощником моего отца. — Изображая лояльность, Панкратов вновь переходит на «вы». — Вы полноценный член команды. Почему вы считаете, что не подходите на данную роль? Вам нужно всего-то съездить загород, прочитать полуслепому человеку документы и попридержать его руку, чтобы он поставил свою подпись в нужных графах.

— Я так понимаю, выбора у меня нет?

Коварная улыбка проскользнула на лице гендиректора.

— Это своего рода проверка, сработаемся мы с вами или нет, — вот сейчас слышу больше честности в его голосе, — как только выполните задание, повышу оклад и назначу своим замом.