Цирк повелителя зверей

Ларис присела на корточки над новым животным. Оно ещё дышало, но видно было, что это ненадолго. Боль от ран и утрата того, чем оно дорожило больше всего на свете, отняли у него и силы, и волю к жизни. Когда Ларис прикоснулась к нему, оно испустило последний долгий, мучительный вздох и рассталось с жизнью. Ларис почувствовала, как слезы наворачиваются на глаза. А ведь она так старалась! Правда, старалась! Но её хозяевам на это наплевать…

Секундой позже свистнул хлыст, удар ожёг её узкие плечи, и она вскрикнула, пытаясь увернуться.

— Дедран, не надо! Я сделала всё, что могла. Но чудеса творить я не умею!

Она обернулась и уставилась на Дедрана исподлобья.

— Если бы ваши люди приносили мне нормальный, не изуродованный, сломленный во время отлова товар, тогда бы я смогла что-то сделать!

Хозяин цирка смотрел на неё сверху вниз. Он был тощий, жилистый человек с суровым лицом. Его белокурые волосы имели странный оттенок — они казались совсем белыми, но лицо было смуглым, словно загорелым. Он воевал в войсках Ишана до тех пор, пока его планета не была уничтожена ксиками. Чем он занимался до этого, не знал никто, однако многие догадывались, и, возможно, догадки их были недалеки от истины.

Дедран ни на кого не производил впечатление честного человека. Пока он служил в ишанской армии это не имело значения: его приняли в её ряды, чтобы бить ксиков, а не участвовать в дипломатических переговорах. В действительности Дедран был преступником и имел давние связи с Воровской гильдией. Когда запахло жареным, он, будучи толковым, не лишённым воображения мужиком, быстро сообразил, что куда безопаснее получить оружие и сражаться с ксиками, чем подобно крысе прятаться по углам и ждать, пока тебя прикончат. Он выбрал подходящий момент и сумел удрать с обречённой планеты, прихватив с собой кое-какие ценности, позволившие ему начать безбедную жизнь за пределами родного мира.

После гибели Ишана он создал свой цирк. Два года, пока продолжалась война, он подбирал труппу. С деньгами у него, по всей видимости, проблем не было, хотя в цирке поговаривали, что Дедран является его номинальным владельцем. Дескать, предприятие основал кто-то другой, и Ларис этому верила. Она попала в цирк четыре года назад — голодная беженка с одной из планет, уничтоженных ксиками. Во всяком случае, так ей казалось, поскольку девочке тогда едва исполнилось двенадцать, и о детстве своём она почти ничего не помнила. С тех пор как она осталась без дома, прошло немало лет, и бегство с родной планеты превратилось в смутное воспоминание. Они не успели взять в звездолёт никаких вещей, и вот так, без ничего, их привезли на другую планету. Мать всё время плакала. Ларис тогда было, наверное, года четыре или пять. Потом их перевезли куда-то ещё, и, кажется, не раз, а затем мать исчезла. Ещё одно переселение, потом ещё одно — и наконец она очутилась в лагере, где было множество совершенно чужих людей. Большинство из них говорили на незнакомых ей языках, а те, кто знал единое наречие, произносили слова со странным акцентом. Поначалу девочка думала только о том, чтобы выжить, потом — как бы вырваться из лагеря, чувствуя, что, оставшись в нём, утратит всякую надежду, подобно окружавшим её людям.

Ларис росла умной девочкой и рано поняла, как важно уметь скрывать свои знания и умения. Она выглядела младше своих лет и наловчилась, когда надо, казаться ещё моложе. При маленьком ребёнке люди не так осмотрительны в речах и могут из жалости поделиться монеткой.

Ей удалось устроиться на полставки в зоомагазин, принадлежавший дряхлому старику. Он был, в общем, не злой, но требовал, чтобы она трудилась с утра до вечера. Временами работа была очень тяжела для хрупкой, недокормленной девочки, однако Ларис справлялась. Животных она любила, и когда старик увидел, что и они её любят, стал больше доверять ей. Однако потом он умер, и наметившийся было путь к спасению оказался закрыт.