Церковь. Небо на земле

Что такое Церковь? Зачем она нужна? Можно ли быть верующим православным христианином, но при этом не посещать храм, не участвовать в таинствах церковных? Этими вопросами задаются многие люди, в том числе те, которые считают, что уже обрели Бога в своей душе.

Для того чтобы ответить на них, нужно прежде всего определить, Кем был Христос. Если считать, что Христос был лишь учителем нравственности, одним из многих, приходивших на протяжении веков, тогда, пожалуй, главное, что от него осталось, это Евангелие – собрание рассказов о Нем и Его притч и изречений, преимущественно нравственной тематики. Если же исходить из того, что Христос – воплотившийся Сын Божий, тогда самое главное, что Он оставил после Себя на земле, – это Церковь, собрание призванных Им и уверовавших в Него. Именно Церковь продолжает дело, начатое Им, именно она является авторитетным истолкователем Его учения, именно она – место Его живого присутствия среди людей.

«Христианства нет без Церкви», – писал в начале ХХ века священномученик Иларион (Троицкий). Церковь – это Христово Царство, купленное ценой Его крови, Царство, в которое Он вводит тех, кого избрал Своими детьми и кто избрал Его своим Спасителем. Только в Церкви совершаются Таинства, соединяющие человека с Богом. Только в Церкви бьет источник воды живой, «текущей в жизнь вечную» (Ин. 4:14).

Церковь – это небо на земле; в ней реально и ощутимо присутствует Бог. Возносясь на небо, Христос обещал своим ученикам: «Я с вами во все дни до скончания века» (Мф. 28:20). Вместе с Христом в Церкви невидимо присутствуют Божия Матерь, множество ангелов и святых, участвующих в богослужении наравне с людьми.

Прообразом Церкви в Ветхом Завете был израильский народ, странствовавший по пустыне к Земле обетованной. Церковь Христова – новый Израиль – странствует в этом мире к Царству Небесному, которое во всей полноте откроется только после «скончания века», то есть в будущей жизни, но которое уже сейчас начинается для тех, кто вошел в Церковь.

Православная экклезиология [1] складывалась на протяжении столетий и до сих пор находится в стадии формирования. В этом ее существенное отличие от других областей православного вероучения. Относительная «неразвитость» православной экклезиологии в эпоху Вселенских Соборов обусловлена тем фактом, что по вопросу о Церкви как таковой в эту эпоху не возникало каких-либо ересей, требовавших богословского ответа. Именно поэтому от святых отцов первого тысячелетия почти не осталось экклезиологических трактатов.

Как считает протоиерей Георгий Флоровский, отсутствие экклезиологических трактатов в эпоху Вселенских Соборов не было лишь «упущением» или «недосмотром»:

Внятное и исчерпывающее определение Церкви в святоотеческой литературе отсутствует, и на вопрос о том, что такое Церковь, трудно найти ответ у отцов и учителей Церкви. Святитель Филарет Московский в своем Катехизисе определяет Церковь как «от Бога установленное общество людей, соединенных православной верой, законом Божиим, священноначалием и Таинствами» [3] . При всей формальной правильности это определение не является ни святоотеческим, ни основанным на Священном Писании, ни исчерпывающим. Церковь – не просто общество людей, объединенных одной верой, одной «идеологией», Церковь – не простая совокупность иерархии и мирян, участвующих в богослужении и Таинствах. Церковь – это реальность, природа которой не поддается словесному определению. Об этом говорит русский религиозный философ Николай Бердяев: