Трус на колокольне

Трус на колокольне

Генерала Андреева всегда окружали храбрые офицеры и солдаты. И внешне обычно они выглядели сильными и рослыми. Все мог генерал простить подчиненным, но только не трусость. И трусы всячески избегали генерала.

Таким я знал генерала с первых дней войны, даже в осенние месяцы 1941 года, когда его дивизия в тяжелых условиях отходила на Свирь.

Когда же летом 1944 года началось освобождение Карелии, дивизия Андреева шла в авангарде наступающих войск.

Город Салми был взят дивизией Андреева первого июля.

В два часа ночи, только приехав в Салми, я пошел искать генерала. В разных частях города еще полыхали пожары. На берегу Ладожского озера догорал лесозавод. Улицы были окутаны сизым туманом, и пахло тошнотворным трупным запахом гари. Наши войска еще днем ушли вперед, на Питкяранта, и в Салми оставались только саперы, разминирующие улицы и дома.

На Тулема-Йоки мост был взорван. Я с трудом, перепрыгивая с плота на плот, перебрался на тот берег и пошел к обезглавленной церкви на пригорке, вокруг которой то тут, то там весело трещали костры. Здесь, у церкви, и был раскинут походный КП дивизии Андреева. У костров вповалку лежали автоматчики и разведчики в камуфляжных костюмах. В ведрах кипятили чай, варили картошку. Куда-то через пригорок, бесцеремонно перешагивая через лежащих, тянули провод связисты.

Вскоре на пригорке, в накинутой на плечи шинели, появился генерал Андреев. С ним было еще человек десять генералов. Генералы из штаба армии, генералы из штаба фронта, генералы из Москвы. Они расположились вокруг самого большого костра, по-солдатски стали чаевничать и есть полусырую картошку вместе со всеми.

Потом командир дивизии поговорил по рации с наступающими полками и в окружении генералов тронулся в поход. Обгоняя их, вперед побежали автоматчики и разведчики.

И в это время зазвонил колокол в церкви!

В следующее мгновение к церкви бросилась группа автоматчиков из охраны генерала.

А колокол продолжал звонить.

Автоматчики вбежали в церковь, но лестница на колокольню оказалась разбитой снарядом.

Сложными акробатическими приемами автоматчики все же забрались на колокольню и вскоре оттуда на веревке спустили вражеского капрала, за ним — станковый пулемет с заряженной лентой, большое количество запасных лент, ящик с патронами, две связки гранат.

Капрала привели к генералу.

- Вражеский пулеметчик, товарищ генерал! — доложил адъютант. — Оставлен для прикрытия своих войск. Он, конечно, мог бы перестрелять всех на этом пригорке, но...

- Струсил?

- Так точно, товарищ генерал. Со страха и зазвонил в колокол. А с трусами, как известно...

- Дурак! — перебил его генерал, зная, что он скажет.— Этого «труса» мало озолотить! Вот что: накорми его как следует и отправь прямо в штаб армии. Головой отвечаешь за него!

Генерал обернулся к обезглавленной церкви и, рассмеявшись, впервые в жизни перекрестился.

Он пошел вперед. И все пошли за ним, торопливо гася на ходу костры, счастливые от благополучного ис­хода этого неожиданного происшествия.