Троецарствие. Том 2

В прошлый раз мы рассказали о том, как во время похода на Сычуань генералы армии Лю Бэя захватили два лагеря противника и взяли в плен вражеского генерала Лин Бао. Однако тот уговорил Лю Бэя отпустить его в Лочэн, чтобы убедить начальника гарнизона сдаться. Но вместо этого Лин Бао сразу же послал за подкреплением.

В один прекрасный день Лин Бао приказал построить заградительную дамбу, чтобы пустить воду из Янцзы и потопить армию Лю Бэя. Однако его вовремя заметил дозорный Вэй Янь; после непродолжительного боя он схватил Лин Бао, связал и повел к Лю Бэю. На этот раз Лю Бэй не колебался и тут же отрубил голову лгуну. Только вот Лочэн оставался по-прежнему неприступен, как же его взять?

Пан Тун посоветовал Лю Бэю немедленно ударить по городу, ведь с каждым днем туда приходило все больше подкрепления. Тогда Лю Бэй разделил армию: часть ее под предводительством Лю Бэя отправилась к восточным воротам Лочэна по широкой дороге, другая вместе с Пан Туном – к западным воротам по узкой тропе. Лю Бэй рассчитывал ударить по городу с двух сторон.

Накануне ночью Лю Бэю приснился дурной сон: в нем он увидел небожителя, который отчаянно бил его железным прутом по правому плечу. Даже когда Лю Бэй проснулся, его плечо ныло от боли. Он невольно вспомнил о письме, которое давеча прислал ему Чжугэ Лян. Тот сообщал, что недавно наблюдал за звездами, и небо подсказало ему, что Лю Бэя ждет опасность. Чжугэ Лян предостерегал Лю Бэя от беды. Тогда Лю Бэй решил, что отправится в поход в одиночку, без Пан Туна. Когда он рассказал о своих планах Пан Туну, тот рассмеялся и возразил:

– Господин, Чжугэ Лян – ваша левая рука, а я – правая. В вашем сне ранение было в правое плечо, поэтому вы подумали, что меня ждет беда. А тут еще Чжугэ Лян со своим предостережением! Ха-ха, не переживайте, я тоже умею читать по звездам, ничего необычного я не заметил, будем действовать по плану! Эх, Чжугэ Лян, Чжугэ Лян, ты боишься, что все почести достанутся только мне! Господин, время не терпит, пора выдвигаться!

Лю Бэю было не по себе, он постоянно тревожился, однако все же решил последовать совету Пан Туна, к тому же отряды генералов Хуан Чжуна и Вэй Яня уже отправились в путь. Лю Бэй и Пан Тун сели на коней, как вдруг лошадь Пан Туна ни с того ни с сего взбрыкнула и сбросила его. Лю Бэй тотчас же спешился и помог Пан Туну подняться:

– Что же это у вас такой норовистый конь?

Пан Тун, сам перепуганный не на шутку, отряхнулся и сказал:

– Он со мной уже много лет, я никогда не видел его таким!

– Если конь внезапно начал брыкаться, то он может споткнуться и в бою! Это же будет стоить вам жизни! Давайте-ка поменяемся! Мой конь не раз спасал меня, он очень чуткий и прекрасно понимает хозяина. Возьмите его, чтобы не было беды!

Пан Тун принялся благодарить Лю Бэя, взобрался на его белого скакуна и пустился в путь. Лю Бэй смотрел на удаляющуюся фигуру, и его одолевало нехорошее предчувствие.

На рассвете Пан Тун во главе войска проследовал по горной тропе. Вокруг стояла полнейшая тишина. Покрытая опавшими листьями, источавшими запах осени, тропа была мокрой от утренней росы. Кроме запаха пожухлой листвы, однако, ощущалось присутствие диких зверей. Пан Тун почувствовал холодок на спине, его руки покрылись потом. Он нервно похлопал коня: до Лочэна оставался час езды.

Когда страх полностью овладел всем его существом, Пан Тун поднял глаза и увидел неподалеку небольшой холм. Он был освещен лучами осеннего солнца, его вид внушал покой и безмятежность. Этот пейзаж так отличался от мрачной и полной опасностей горной тропы, по которой они ехали, что Пан Тун обратился к офицеру:

– Что это за место?

– Это место называют склоном Погибшего феникса.

Склон Погибшего феникса… Пан Туна прошиб холодный пот, и он в ужасе сказал:

– Меня ведь называют «птенец феникса», значит, это место для меня таит страшную опасность!

Он натянул поводья и стал пристально всматриваться в высокие мрачные заросли на темной стороне холма. Вдруг в зарослях мелькнул какой-то свет: из тьмы на них полетели сотни ослепительно-белых острых лучей. Отступать на узкой тропе было некуда, солдаты изо всех сил отражали летящие в них стрелы.

В это время с другой стороны из леса показалась вражеская армия. С воинственными криками она, как горная лавина, устремилась прямо на Пан Туна и его войско.

– Смерть Лю Бэю! – проревел один из генералов несущейся в атаку армии.

В суматохе кто-то крикнул:

– Скорее на склон Погибшего феникса! – И Пан Тун вместе с солдатами помчался на возвышенность.

Но враг не отставал: армия преследовала Пан Туна.

– На белом коне – Лю Бэй! Стреляйте! Сразите его из лука!

Тут же мириады стрел полетели в Пан Туна! Он догадался, что его ошибочно приняли за Лю Бэя из-за белого скакуна. Поняв, что его конец близок, Пан Тун остановился: «А Чжугэ Лян оказался прав, и сон Лю Бэя был тому подтверждением. Эх, склон Погибшего феникса, полжизни я пролетал птенцом феникса, а сегодня наконец пришло время моего падения».