Трое с маяка, или Булочная на Краю Света

Томми закрыл книгу, сунул ее под прилавок, и бросился к печи. По всей булочной разносился аромат свежей выпечки. Мальчик облегченно выдохнул, доставая противень с не успевшими подгореть круглыми гладкими булочками, кое-где с бугорками запекшегося изюма.

Сегодня он был за главного. Все утро Томми обладал правами и обязанностями пекаря, но зачитавшись, как обычно, книгой сказок, подаренной ему тетушкой, чуть не провалил доверенное дело.

К полудню должны были подтянуться и остальные. Обычно рано утром приходила одна из девушек, державших булочную, и ставила в печь все заготовки, после чего принималась замешивать тесто для новых. Томми, конечно, еще не доверили тесто. Однако все остальное, включая обслуживание посетителей, было на нем в этот воскресный день. Томми, ужасно гордый оказанным ему доверием, выкладывал булочки на поднос.

Раздался звонок. Томми выскочил из кухни, как раз успев переложить последнюю булочку, и рванул с подносом к прилавку, чудом не растеряв его содержимого.

– Доброе утро! – радостно прокричал он первому посетителю и выставил поднос прямо перед собой.

– Вот только что из печи, сэр! – мальчик автоматически повторил фразу, так часто слышанную им от девушек.

– Привет, Томми! – сказал пожилой мужчина и потянул ноздрями воздух. Почувствованное, видимо, понравилось ему, поскольку он крякнул и указал крючковатым пальцем с обветренной кожей на булочки:

– Заверни мне две, и хлеб с отрубями, как обычно.

Томми ловко отрезал кусок упаковочной бумаги, свернул из нее куль, и щипцами, как его учили и несколько раз напоминали об этом накануне вечером, подхватил горячие булочки и погрузил их в куль. Потом завернул и хлеб.

– Возьмите, сэр! Вот Ваш заказ!

Пожилой мужчина расплатился монетами и направился к выходу, но голос мальчика задержал его:

– Как море сегодня, сэр?

– Спокойное, Томми! – ответит тот, – но шторм будет. Это я точно говорю.

Потом он снова повернулся и, держа хлеб подмышкой, а куль с булочками в этой же руке, другой толкнул дверь, заставив колокольчик снова звякнуть, и вышел.

– Какой же шторм? – возмутилсямальчик, – на небе ни облачка!

Мари вбежала в булочную ровно в двенадцать. Томми всегда поражало ее чувство времени. Кто-то рождается с ним, а кто-то нет, думал он, – и с этим уже ничего не поделаешь… Себя Томми относил ко вторым.

Мари, на ходу скидывая рубашку, которую носила поверх платья, унеслась в кухню, только кивнув мальчику в качестве приветствия.

«Опять вся в своих мыслях» – он спрятал книгу под прилавок и пошел раскладывать эклеры. Мари уже вовсю бегала по кухне в фартуке, рассыпая по столу муку, раскладывая миски и шпатели.

– Мари, сегодня мистер Нордваттер обещал шторм…

– Пуф! – отмахнулась девушка, качнув пушистым хвостом, перехваченным резинкой высоко на голове, и продолжила замешивать тесто, – он его всегда обещает!

– Но когда-нибудь это может сбыться, – сказал ей Томми.

– Если все время предсказывать одно и тоже, оно когда-нибудь, конечно, сбудется!

– Да? – ехидным тоном заметил Томми, наблюдая, как девушка раскалывает яйца и разделяет их содержимое на две составляющие. – А если я буду каждый день предсказывать появление летающего корабля, это тоже когда-нибудь сбудется?

Мари глянула на него и только махнула белой от муки ладонью, – иди-ка ты, болтун, за прилавок!

Томми пожал плечами и оставил Мари на кухне одну. И вовремя, потому как в этот момент снова звякнул колокольчик, и в их голубую со стеклянными вставками дверь вошла Элис с мамой. Мать девочки, уже немолодая, но вполне привлекательная женщина, всегда держала превосходную осанку и смотрела на мир из-под маленьких полукруглых очочков. Томми подозревал, что носила она их только для строгости, потому как однажды, играя с Элис в ее саду, он разбил предыдущую пару точно таких же. Однако мама Элис и без них с легкостью обнаружила, куда он спрятался… «Интересно, у них что, полный чердак таких очков?» – подумал он, когда на следующий день увидел ее в точно таких же. Мама Элис преподавала классические танцы в Городке-вниз-по-холму, а дочери приходилось быть ее лучшей ученицей. Но Элис не слишком любила танцы, ей больше нравилось лазать по деревьям с Томми в лесу, лежащем на склоне, между булочной и маяком. Но мама об этом не знала…

– Добрый день, мэм! – поздоровался Томми, – добрый день, Элис!

– Добрый день, Томми! Нам как обычно, – сказала мама Элис.

– Привет, Томми! А мне эклер с ореховой стружкой! – сказала Элис и улыбнулась. Улыбка у нее была большая и очаровательная, Томми казалось, что от этой улыбки солнечные зайчики начинают прыгать по голубым стенам булочной, по белым волнам, нарисованным кистью Жаннет, и по маяку с красной крышей на одной из стен. Веселые крупные зайчики, такие же желтые и светящиеся, как кудряшки Элис, вечно вылезающие из ее косы.