Триокала. Исторический роман

© Александр Ахматов, 2017

© В. А. Жуков, иллюстрации, 2017

ISBN 978-5-4483-7733-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Роман «Триокала» является второй частью исторической дилогии, в основу которой положены события, происходившие в Италии и на острове Сицилия в конце II в. до н. э. Первая часть под названием «Хроника времени Гая Мария, или Беглянка из Рима» (опубликована в 2005 г.) посвящена одному из эпизодов римской истории – восстанию рабов под предводительством Тита Минуция близ города Капуи в 104 г. до н. э. Минуцию удалось вооружить несколько тысяч человек и разгромить войско римского претора Луция Лукулла. Только с помощью предательства римлянам удалось подавить восстание. Сам Минуций, захваченный в плен римлянами, покончил с собой. Тысячи восставших рабов были истреблены в неравной борьбе. Спастись удалось очень немногим, и в их числе главным героям нашего повествования – Мемнону и Ювентине, с которыми читателям предстоит снова встретиться в новом романе. Им так и не удалось осуществить свою мечту о будущей совместной жизни вдали от жестокого и развращенного римского мира. Мемнон хотел поселиться со своей подругой в одном из городов Крита, еще не завоеванного римлянами. Но жизненные обстоятельства сложились так, что они оказались втянутыми в самую гущу событий на острове Сицилия, где начались массовые рабские восстания, вылившиеся в ожесточенную четырехлетнюю войну рабов против могущественного Рима.

Основным свидетельством этих событий являются сохранившиеся отрывки из сочинения древнегреческого историка Диодора Сицилийского под названием «Историческая библиотека»1.

Диодор родился в сицилийском городе Агирии спустя примерно двадцать лет после того, как римский полководец Маний Аквилий подавил второе восстание рабов в Сицилии. (Это восстание началось в 104 г. до н. э. и продолжалось в течение четырех лет; до него, во время первой войны сицилийских рабов в 138—132 гг. до н. э., восставшие захватили почти весь остров и только большим напряжением сил римлянам удалось одержать над ними победу).

Как историк Диодор был типичным компилятором, но именно это обстоятельство иногда делает его труд особенно ценным для исследователей. Он широко использовал не дошедшие до нас сочинения Тимея, Посидония и многих других авторов. Отдельные места его рассказов о двух войнах сицилийских рабов находят подтверждения в сообщениях римских писателей, являвшихся современниками тех событий. Так, например, не вызывает никаких сомнений сообщение Диодора о поединке («героическом единоборстве») вождя восставших киликийца Афиниона с консулом Манием Аквилием. Упоминание об этом эпизоде Цицероном, младшим современником второй войны рабов в Сицилии, служит верным тому доказательством.

Некоторые исследователи ошибочно считали Триокалу, ставшую центром второго восстания сицилийских рабов, не городом, а горным лагерем, которому сами восставшие дали такое название. Однако есть упоминание о существовании города Триокалы в IV в. до н. э., а Цицерон, хорошо знакомый с сицилийскими делами, так как в свое время он занимал должность квестора Сицилии, свидетельствует о раскрытом заговоре рабов в Триокале в самый разгар войны римлян со Спартаком. Наконец, сам Диодор, коренной житель Сицилии, тоже пишет о Триокале как о старинном городе и даже поясняет, почему его так назвали.

Несмотря на крайнюю скудость источников, весь имеющийся исторический материал позволяет отобразить общую картину событий, составляющих основу этого романа.

В истории много тайн, которые навсегда останутся тайнами. Мы никогда уже не узнаем о древнеримской эпохе больше того, что дошло до нас в литературных памятниках античности. Но если современный ученый-историк скрупулезно собирает сохранившиеся осколки этой исчезнувшей цивилизации, сопоставляя различные, порой противоречивые сообщения древних анналистов, и на их основе осторожно выкладывает свою историческую мозаику, из которой проглядывают лишь смутные образы прошлого, то писателю, взявшемуся за написание исторического романа, необходимо создавать живую и цельную панораму событий, руководствуясь известным принципом: «Там, где кончается документ, я начинаю». В связи с этим мне хотелось бы объясниться с читателями относительно тех мест в предлагаемом повествовании, которые нельзя назвать бесспорными.

Большинство исследователей отрицает, что восставшие рабы когда-либо составляли программы предварительных действий. Однако это не совсем так. Например, перед второй войной рабов в Сицилии, как повествует Диодор, произошла массовая сходка рабов на священном участке богов Паликов2. На этом собрании присутствовали рабы из различных областей острова. Диодор пишет, что они «начали сговариваться друг с другом о восстании». Место для собрания было ими выбрано не случайно: в святилище Паликов именем этих богов давались священные и нерушимые клятвы.