Тринадцать (СИ)

КНИГА ПЕРВАЯ

Тринадцать

2014 год

Глава первая. Пробуждение

Мир жесток и несправедлив. Мы — люди — всегда это знали, но с тех пор, как узнали про «них» — уверовали в эту истину ещё сильнее. Казалось бы, ещё вчера все мы ходили под ясным голубым небом, радовались обычным человеческим мелочам и совершенно их не ценили. Я бы всё отдала за то, чтобы выйти ночью из дома, выйти без оглядки, без страха, без грусти и поднять глаза к чистому тёмному небу. Восхититься красотой сияющих нам из глубины галактики звёзд, попытаться угадать какого же цвета сегодня луна — серая, мутно-жёлтая, а может кроваво-красная? Но я не могу позволить себе подобную роскошь, уже не могу. Мы рабы, «их» рабы. Темнота принадлежит «им» полностью, в темноте «они» неуязвимы, а мы становимся «их» жертвами, «их» завтраками, обедами или ужинами. «Они» — вампиры, бессмертные, сильнейшие, кровожадные. Мир оказался полон магии и загадок, полон несбывшихся надежд на счастливое будущее, ибо его у нас забрали монстры.

Меня зовут Ана, мне исполнился почти двадцать один год, когда «они» напали на нас. Всех, кого я любила, со мной нет рядом — «они» их забрали накануне моего дня рождения. Нет мамы, которая каждый вечер на ночь расчёсывала мои непослушные светло-русые волосы с серебристым отливом и напевала мне колыбельную, несмотря на то, что я уже давно выросла, ведь по меркам молодёжи двадцать лет — это внушительный возраст. Нет моего отца, который смотрел на меня и на моего брата и радовался тому, что мы у него есть. Нет и моего старшего брата Ильи, моего любимого и главного мужчины, так как он оберегал и защищал меня ото всего мира самозабвенно. Он избаловал меня этим, поэтому, когда пришли «они» — я была совершенно не готова. Не готова была сопротивляться «им», не готова сама спасать свою жизнь, и, видит Бог, не готова была терять своих близких и любимых так быстро и так просто!

«Их» вторжение в наши жизни началось спонтанно и, как смерч, снесло всё на своём пути — радость, любовь, надежду, веру. Они просто ворвались в наши дома среди ночи и впились в наши шеи. Мама с папой даже проснуться не успели, а вот мы с братом рассмотрели «его» чётко. Время как будто замерло, когда тёмная фигура начала надвигаться на нас. Уверенной и какой-то скользящей походкой монстр приближался к нам — огромные кроваво-красные глаза уперлись взглядом в меня, выворачивая душу наизнанку, порождая в глубине сознания невероятный первобытный страх, парализуя волю, лишая дара речи. Первым очнулся Илья, он схватил меня за руку, силой затолкал в мою комнату, прокричав мне про то, что я должна запереть дверь изнутри и бежать со всех ног за помощью, выбравшись через окно. Единственное, что я успела шепнуть ему, так это то, что очень люблю его. Он в ответ посмотрел на меня полным боли взглядом, улыбнулся, подмигнул, как делал это всегда, когда хотел меня приободрить и скрылся за моей дверью со словами «Иди сюда, тварь!».

Что происходило дальше, я помню крайне смутно, лишь обрывками картинок из моего подсознания воспоминания врываются в мои сны. Я точно знаю лишь одно — меня в ту ночь догнал тот монстр, он впился в мою шею, я что-то кричала ему, а потом темнота. Почему я жива? Почему он отпустил меня? Зачем? Иначе быть мне уже со своими любимыми в безопасности и безмятежности. Этими вопросами я ещё долго задавалась. До сих пор почти каждую ночь я просыпаюсь от воспоминаний прошлого, терзающих меня словно ненасытная львица свою добычу, снова и снова переживаю тот ужас и страх, ту боль потери, которую меня заставили пережить. Я очнулась после той кровавой Ночи в незнакомой мне комнате, в которой стояло ещё несколько кроватей. На столе, стоящем в центре комнаты, находился какой-то странный предмет, излучавший свет, похожий на небольших размеров серебристый кристалл. Свет был очень мягким и тёплым — словно солнышко грело и ласкало своими лучиками, хотя за окном итак был день. Я почувствовала сильную боль на шее, а затем и огромную рану в груди, осознание нахлынуло волной — мои родные мертвы. Захотелось завыть на луну, найти обрыв и спрыгнуть с него, напороться на нож — всё, что угодно, лишь бы перестало так болеть сердце. Но я просто кричала, кричала от боли и безысходности. От отсутствия возможности всё исправить, обратить время вспять, сбежать в ту Роковую Ночь из города куда угодно — хоть в ад — лишь бы спасти своих родных. Но я тогда ещё не знала, что бежать было некуда, и, похоже, даже в аду «они» устроили свои расправы. В ту Ночь монстры выдали себя и перешли в нападение. В ту Ночь перемешались реальность и то, что казалось до этого фантазией, игрой разбушевавшегося воображения. Мир людей и «их» мир сошлись в одной точке — точке невозврата, уничтожив при этом мою семью и ещё миллион таких же. Мой маленький тихий мирок не рухнул, нет — его вероломно разрушили, разгромили, растоптали.