Три желания (СИ)

«Чпок».

И запах приторной клубничной жвачки ударил в нос Вуди, когда она от скуки меняла настройки в своей камере. Вокруг неё был возбужденный шум и гам: кто-то кого-то звал, кто-то кого-то не мог найти. Она бы тоже поучаствовала в этом хаосе, но Алли отказалась от поездки.

— Мисс Джин, где ваша группа?

— Дизайнеры, все собрались?

— Валанди, где ты?

— Ой, я так волнуюсь!

— Проклятье, я не взяла холст!

— Дайте мне карандаши!

— Архитекторы, готовы? — Услышав голос своего учителя, Вуди надула жвачку в ярко-розовый шарик и, поправив козырек кепки, схватила сумку и подошла к учителю, быстро теряясь в толпе студентов. — Так, подождите, дайте вас посчитать! Раз, два, три… тринадцать…

— Вуди, ты не взяла мягкие карандаши? — обеспокоенно спросил кто-то справа.

Она обернулась и встретила полный надежды взгляд однокурсника. Он был так нашпигован всякой художественной атрибутикой, что каждый был уверен — он точно выколет сидящим в автобусе глаз углом метрового планшета, пока будет искать место, либо вечно открытые ручки, маркеры, фломастеры и острые карандаши кому-нибудь проткнут кожу и испачкают одежду. Потому что у него это все было сброшено в сумку без какой либо защиты как для самих предметов, так и для окружающих.

— Нам же сказали, что в замке будем недолго. Что не успеем, можно будет зафоткать. — Жвачный шар сдулся при разговоре, и Вуди спрятал его во рту. Она с какой-то жалостью посмотрела на Джила. Сам-то парниша был хорошим и добрым. Но его бедность, а в связи с ней неаккуратность и постоянная чумазость отталкивали людей. Вуди уверена — не было у него камеры, о чем он смущенно соврал, пряча глаза.

— И ее я тоже забыл.

— Да не переживай, — поторопилась побыстрее от него отвязаться Вуди. Отвернувшись и позволяя толпе себя вести к автобусу, добавила: — В группе сегодня ребята все равно всё выкладывать будут. Я вообще на месте рисовать не собираюсь.

Кажется, он отстал. Ну ничего она не могла с собой поделать. От него постоянно пахло. Представьте маленькую комнату, которая вмещала в себя пятерых людей, кухню и ванну. Мамаша ничего не успевает, всё подгорает, окна в этой части помещения нет, все орут, душно, яичница дымится, бекон сгорел… И одежда будто впитывала в себя такой дух сумасшедшего утра. От вони гнилых зубов бабушки до той самой яичницы, в которой приправы было больше, чем самих яиц. Вот чем-то подобным всегда пахло от Джила. Правда, бывало, яйца менялись на лазанью с чесноком. Какой у них мог бы быть обед — Вуди и представить боялась.

В автобус она вошла уже с тремя синяками из-за острых углов деревянных планшетов либо мольбертов, которые некоторые умники, ссылаясь на свою гениальность, взяли с собой. Уж на что они рассчитывали? Конечно, наброски за пару часов можно сделать хорошие, но ради этого тащить всё это? Вуди была слишком ленива для этого.

Успев занять место у окна где-то в середине автобуса, она выбросила жвачку в приоткрытую форточку, воткнула наушники в телефон и, врубив на полную, уставилась в экранчик.

Жаль только, знакомый запах однокурсника дал ей понять, что Джил сел либо с ней рядом, либо позади. Она повернула голову, чтобы убедиться в своих самых страшных подозрениях.

«Проклятье!»

***

Как бы Вуди ни пыталась отвлечься на переписки с Алли, Джил её постоянно отвлекал. То запахом, то разговорами. Парниша правда хороший, но… Вот у всех к нему было отвращение! Интересовался он всегда безобидными вещами, искренне пытался к себе расположить, но Вуди в принципе не была настроена на разговоры. Она хотела сделать пару селфи в автобусе, чтобы отправить Алли, а потом в Инстаграм выложить, но не с Джилом же! А то еще подумают чего…

В итоге она, как ребенку, объясняла ему, зачем она сделала себе проколы, значит ли что-нибудь её пирсинг, как у кого-то имеют значения татуировки. «Ага, конечно! — мысленно злилась она. — Три на брови означают "Пошел на хер". На губе — "А рот я еб… Кхем…. ваши советы". Семь на ушах означают мою надежду на удачу на то, что ты подумаешь, что я глухая. Спасибо, что про язык ничего не спросил. А микродермал на шее, да, ты угадал, мне не хватает денег на бусы. Блин, кто-нибудь в наше время еще говорит "бусы"?»

Но на деле Вуди лишь криво улыбалась и говорила:

— Нет, что ты. Они ничего не означают.

Но к счастью, поездка была три часа, и ко второй части пути Джил вымотался. Как и Вуди чувствовала себя выжатым лимоном. Она нервно теребила объект недавнего обсуждения на ушной раковине и смотрела в окно на просторные чистые золотые поля, на горизонте которых виднелся лес.