Три свинтуса

Вот уже несколько месяцев лесная деревушка Хрюково не знала покоя. С виду это была простая деревенька, и звери в ней жили простые да милые: зайчики, ежики, белочки, козочки, курочки, гуси и старый лис. Жили они хорошо, дружно. По хозяйству помогали друг другу, ягодками да грибочками делились. И было так ровно до тех пор, пока в Хрюково не переехали три самых настоящих свинтуса.

Много лет назад их прадед Борис Хрюков построил эту деревню, в честь него и назвали. Когда многоуважаемый свин постарел, то уже не мог управляться по хозяйству. Ни жене его, ни детям в Хрюково не нравилось. Вот и решили они всей семьей перебраться в город. Много времени кануло с тех пор, и часто Бориса вспоминали добрым словом. Однако никто и не думал, что его потомки захотят вернуться,

Дом Бориса долго пустовал после его отъезда, а потом звери посовещались и решили в нем клуб сделать: днем в игры играть, а вечером танцы устраивать. Там же все главные праздники проходили. Еще через несколько лет в клубе открыли лесное кафе с ягодными смузи, травяными чаями, блинами да плюшками, и назвали его “Теремок”. Облюбовали звери это место, все свободное время там проводили. Никто не ждал, что Хрюковы вернутся.

В погожий летний денек, когда лучи солнца отражались от крыш домов и запускали солнечных зайчиков по деревьям, звери услышали звук мотора. Мотор то рычал, то кряхтел, то кашлял, и этот шум с каждой минутой становился ближе. Зайчики, ежики да прочие звери выбежали из своих домов посмотреть, кто едет. Гости-то у них нечасто бывали, только голубь-почтальон раз в месяц весточки от дальних родственников приносил. Дребезжа, машина приближалась к деревне. Вся она была окутана черным облаком выхлопов. Отравляла лес.

Выстроились звери в ряд, чтобы приветствовать гостей, но машина вместо того, чтобы остановиться, резко развернулась и окатила их из лужи, оставшейся после ночного дождя. Стоят звери в грязи да глазами хлопают. Они, видишь ли, со всей душой, а их обмарали. Дверь открылась, и наружу, прямо в лужу, выпрыгнул ржущий кабан. От копыт его снова разлетелась грязь и попала на зверей, а кабан заливался пуще прежнего. Он хватался за живот, вытирая слезы смеха с рыла. Тут открылась другая дверь, и показались еще два ржущих свина. Смеялись и похрюкивали, пока звери смотрели на них, кто с удивлением, кто с осуждением.

– Ой, хрю, ой, не могу, – сквозь смех сказал первый свин.

– Хрю-хрю-хрю, – заливались двое других.

Тут из толпы зверей вперед выступил старый мудрый лис Олег Патрикеевич. Он поправил очки на носу и сказал:

– Здравствуйте, гости дорогие. Вы чьих будете? Надолго ли приехали?

– Хрю, да какие мы тебе гости, старикашка? Мы – Ниф-Ниф, Наф-Наф и Нуф-Нуф, тут хозяева. Деревню вашу наш прадед построил. Тут все наше, – отозвался самый толстый и снова захрюкал от смеха.

– Это верно, – мягко ответил лис. – Прадед ваш уважаемым свином был, да только хозяйство свое оставил, и уж много лет, как его дом стал общественным, а все другие дома заняты. Где же вы жить будете, хозяева?

– Ты не понял, старик. Все дома тут наши, и жить будем где захотим, и общественный дом теперь больше не общественный, а наш.

– Но там мое кафе! – закудахтала курочка.

– Теперь наше, – заявили свиньи. – А ты, если хочешь, можешь и дальше кухарить.

Свиньи закрыли машину и отправились прямиком в клуб.

Долго еще стояли звери в молчании, осмысливали свое новое положение. Что они теперь делать станут да как жить дальше без кафе, без игр да без танцев. Сплошная серость, да еще и хамство это терпеть. Стояли, смотрели друг на дружку, думали, да так ничего и не придумали, к ночи разбрелись по домам.