Три розы

Давным-давно жило на свете замечательное семейство Клейборнов, члены которого были связаны между собой узами более крепкими, чем просто кровные.

Они встретились мальчишками в переулках Нью-Йорк-Сити — беглый раб Адам, вор-карманник Дуглас, нерассуждающий стрелок Коул и профессиональный жулик Трэвис. Сплотившись, защищая друг друга от взрослых гангстеров — хозяев города, мальчишки выжили. Обнаружив на помойке брошенного ребенка, девочку, поклявшись сделать ее жизнь лучше, чем их собственная, они отправились на Запад.

Ребята поселились в самом сердце Монтаны, на клочке земли, который назвали Роуз-Хилл.

Они воспитывались на письмах матери Адама — Роуз. Эта женщина знала о друзьях сына по их сердечным письмам к ней. Они поверяли ей свои страхи, надежды, мечты, а она отвечала им тем, чего никто из них никогда не знал раньше, — безграничной материнской любовью и пониманием.

Для каждого из них она стала настоящей матерью.

Через двадцать лет Роуз наконец соединилась с детьми.

Сыновья и дочь были довольны жизнью. Ее появление на ранчо стало не только поводом для праздника, но и потрясением. Сыновья выросли достойными, сильными мужчинами; каждый из Клейборнов добился успехов в своем деле. Дочь была замужем за прекрасным человеком и ожидала первенца.

Но мама Роуз не испытывала полного удовлетворения. Сыновья слишком привыкли к холостяцкой жизни, и это не устраивало ее. Уверенная, что Господь помогает тем, кто помогает самому себе, она решила вмешаться.

Не зимою то было, не в зимний мороз,

Когда любовь к нам решилась прийти,

То случилось в пору цветения роз,

И розы срывали мы по пути.

О, что для души — и снега, и хлад?

Для влюбленных сердец нет в мире зимы.

Все цветет, точно летний розовый сад,

Когда с любовью встречаемся мы.

В путь обратный пора — уже тени легли.

Ты приникла к груди моей, как дитя.

Это было тогда, когда розы цвели,

И срывали розы мы, проходя.

Томас Худ

Перевод Н.Эристави

Трэвис, младший из братьев Клейборн, всерьез намеревался убить Дэниела Райана.

Он только что вернулся домой с Юга, решив отдохнуть и переночевать, прежде чем продолжить преследование своей жертвы, которой все время удавалось опережать его хоть на шаг. Возле одного из узких ущелий Трэвису на какой-то момент показалось, что он наконец загнал Райана в ловушку, но этот неуловимый дьявол внезапно исчез, словно растворился в воздухе. Трэвис неохотно признался себе, что не прочь снять шляпу перед ловкачом Дэниелом, который, спасая свою жизнь, проявлял необычайную изобретательность, поистине заслуживающую восхищения.

Ну а потом можно и застрелить преступника, уложить его на месте, тут же кровожадно подумал Трэвис: по его мнению, грех, содеянный Райаном, был непростителен. Только негодяи и подонок мог воспользоваться доверчивостью доброй, ласковой старой женщины с золотым сердцем… короче говоря, Роуз, матери Трэвиса. Все в душе младшего Клейборна взывало к возмездию. Да в этого Райана мало пулю всадить, его надо стереть с лица земли! Трэвис непрестанно твердил себе, что, отомстив обидчику, поступит справедливо — ведь это его святой сыновний долг.

Дождавшись, пока мать поднимется к себе в спальню, он вышел на веранду, чтобы обсудить задуманную месть с братьями. Все четверо Клейборнов уселись рядом, положили ноги на перила, запрокинули головы и закрыли глаза. У братьев был умиротворенный вид людей, чрезвычайно довольных жизнью. Их зять Харрисон, который через минуту после того, как Роуз отправилась спать, появился на веранде, с умилением взирал на эту идиллию. Но тут Трэвис объявил о своем намерении, и у Харрисона вытянулось лицо.

Он тяжело опустился в кресло рядом с Дугласом и тут же пустился в пространные объяснения, как следует поступать с, вором. Прежде всего, нравоучительным тоном сказал Харрисон, в таком деле положено разбираться представителям закона. Этого человека, как любого мужчину или женщину в их справедливой стране, следует судить. Если суд докажет его вину, вор понесет заслуженное наказание — его отправят в тюрьму. Но вершить правосудие и уж тем более идти на хладнокровное убийство законопослушному гражданину непозволительно и грешно.