Три медведя

© Состав., оформление, ООО Издательство «Родничок», 2016

© ООО «Издательство АСТ», 2016

Несла Жучка кость через мост. Глядь, в воде её тень. Пришло Жучке на ум, что в воде не тень, а Жучка и кость. Она и пусти кость, чтобы ту взять. Ту не взяла, а своя ко дну пошла.

Лягушка и мышь завели ссору. Вышли на кочку и стали драться. Ястреб видит, что они о нём забыли, спустился и схватил обеих.

Обезьяна несла две полные горсти гороху. Выскочила одна горошинка; обезьяна хотела поднять и просыпала двадцать горошинок. Она бросилась поднимать и просыпала все. Тогда она рассердилась, разметала весь горох и убежала.

Хотела галка пить. На дворе стоял кувшин с водой, а в кувшине была вода только на дне. Галке нельзя было достать. Она стала кидать в кувшин камушки и столько набросала, что вода стала выше и можно было пить.

Черепаха просила орла, чтобы научил её летать. Орёл не советовал, потому что ей не пристало; а она всё просила. Орёл взял её в когти, поднял вверх и пустил; она упала на камни и разбилась.

Муравей спустился к ручью: захотел напиться. Волна захлестнула его и чуть не потопила.

Голубка несла ветку. Она увидала – муравей тонет, и бросила ему ветку в ручей. Муравей сел на ветку и спасся.

Потом охотник расставил сеть на голубку и хотел захлопнуть. Муравей подполз к охотнику и укусил его за ногу. Охотник охнул и уронил сеть. Голубка вспорхнула и улетела.

Овцы ходили под лесом. Два ягнёнка отошли от стада.

Старая овца сказала:

– Не шалите, ягнята, недолго до беды.

А волк стоял за кустом и сказал:

– Неправда, ягнята, овца стара, у ней ноги не ходят, так ей завидно. Бегайте одни по всему полю.

Ягнята так и сделали. Отошли от стада, а волк поймал их и съел.

Стало у мужика много мышей. Он взял в дом кошку, чтобы она ловила мышей, а кошка думала, что её затем взяли, чтобы она сама стала жирной. Кошка и стала есть кости и молоко и стала жирна и гладка. И не стала больше кошка мышей ловить. Она думала: «Пока я была худа и шершава, я боялась, чтобы меня не прогнали, а теперь я стала гладка и красива, и мужик не прогонит меня. Другую кошку он не скоро справит, как меня».

А мужик видит, что кошка не ловит мышей, и говорит жене: «Кошка наша не годится, поищи котёнка худого». Взял жирную кошку, вынес в лес и бросил.

Сошлись раз зайцы и стали плакаться на свою жизнь:

– И от людей, и от собак, и от орлов, и от прочих зверей погибаем. Уж лучше разом умереть, чем в страхе жить и мучиться. Давайте утопимся!

И поскакали зайцы в озеро топиться. Лягушки услыхали зайцев и забултыхали в воду. Один заяц и говорит:

– Стойте, ребята! Подождём топиться; вот лягушачье житьё, видно, ещё хуже нашего; они и нас боятся.

Лев спал. Мышь пробежала ему по телу. Он проснулся и поймал её. Мышь стала просить, чтобы он пустил её; она сказала:

– Если ты меня пустишь, и я тебе добро сделаю.

Лев засмеялся, что мышь обещает ему добро сделать, и пустил её.

Потом охотники поймали льва и привязали верёвкой к дереву. Мышь услыхала львиный рёв, прибежала, перегрызла верёвку и сказала:

– Помнишь, ты смеялся, не думал, чтобы я могла тебе добро сделать, а теперь видишь, – бывает и от мыши добро.

У одного человека были осёл и лошадь. Шли они по дороге; осёл сказал лошади:

– Мне тяжело, не дотащу я всего, возьми с меня хоть немного.

Лошадь не послушалась. Осёл упал от натуги и умер. Хозяин как наложил всё с осла на лошадь, да ещё и шкуру ослиную, лошадь и взвыла:

– Ох, горе мне, бедной, горюшко мне, несчастной! Не хотела я немножко ему подсобить, теперь вот всё тащу, да ещё и шкуру.

Мышка вышла гулять. Ходила по двору и пришла опять к матери.

– Ну, матушка, я двух зверей видела. Один страшный, а другой добрый.

Мать спросила:

– Скажи, какие это звери?

Мышка сказала:

– Один страшный, ходит по двору вот этак, ноги у него чёрные, хохол красный, глаза навыкате, а нос крючком. Когда я мимо шла, он открыл пасть, ногу поднял и стал кричать так громко, что я от страха не знала, куда уйти.

– Это петух, – сказала старая мышь. – Он зла никому не делает, его не бойся. Ну, а другой зверь?

– Другой лежал на солнышке и грелся. Шейка у него белая, ножки серые, гладкие. Сам лижет свою белую грудку и хвостиком чуть движет, на меня глядит.

Старая мышь сказала:

– Дура ты, дура. Ведь это сам кот.

Дрались два петуха у навозной кучи. У одного петуха было силы больше. Он забил другого и прогнал от навозной кучи.

Все куры сошлись вокруг петуха и стали хвалить его. Петух хотел, чтобы и на другом дворе узнали про его силу и славу. Он взлетел на сарай, забил крылами и запел громко:

– Смотрите все на меня, я петуха побил! Нет ни у одного петуха на свете такой силы!