Три короны. Шаг назад

Тишину мраморных залов нарушал стук тяжелых сапог и тихое звяканье шпор. Большая тень быстро продвигалась по багровым стенам в сторону парадного зала. Стоящие за колоннами стражи, вооруженные до зубов, будто не видели стремительно двигающуюся фигуру. Огромные двери из белого дерева с черными и красными прожилками распахнулись перед остановившимся гвардейцем.

Золотые стены зала сверкали от солнечных лучей и ловили блики от огромных люстр из водного хрусталя и из резных ламп, искусно поделанных под свечи. Между двух спиральных лестниц, ведущих на роскошные балконы, расположился праздничный трон короля и, по старой традиции, трон умершей королевы. Полы устланы коврами, а особые, самые дорогие ковры – лежали на пути короля из мраморных коридоров к трону. Придворные дамы старательно обходили их, дабы не вызвать ярости короля, пока сам он любовался своими владениями, игнорируя происходящее вокруг.

А за толстыми каменными стенами кипела городская жизнь. Подданные бегали по улицам с различными тканями и корзинами, торговцы радостно зазывали народ за покупками, иногда проходили стражники во всеоружии и гвардейцы в парадной форме. Город готов был провожать это долгое лето. За высокой стеной Ильзара, на прилежащих полях, женщины собирали урожай зерна, телеги с полными мешками разъезжались по городу, преодолев огромные ворота из каменного дерева, сплетенного стальными прутьями. А за полями, между невысоких пологих холмов – широкая река Топрин, извивающаяся между лесами, разграничивала королевства Сатрис и Оникт. Её берега уже несколько раз поливались кровью, за что высшие покровители меняли её русло, уменьшая владения виновного.

– Моя воительница Тельб, как много раз ты вела войско к реке, как много раз ты побеждала и покровители прощали тебя, – седовласый осунувшийся мужчина теребил в руках изящную диадему, – нельзя было пускать тебя в поход, но ты так рвалась, рвалась на свою смерть, – он положил корону на каменные перила балкона и поднял глаза к небу, – уже полдень, уже скоро мы начнём приём, приходи посмотреть.

Король развернулся и заметил в зале молодого гвардейца, лицо его было не знакомо, да и форма была странной, будто её перешила неопытная портниха. Расстегнутый воротник-стойка спадал на ключицы, пуговицы были гладкими, без герба – степного орла с мечом в лапах и колосьями в клюве. По планке было слишком много золотого шитья

– Что вы забыли здесь? – король направился к трону, надевая свою корону, – я слушаю вас, хоть вы и не ко времени приходитесь.

– Ваша милость, я, к сожалению, должен донести до вас, – парень подошел к королю вплотную и, грубо схватив за плечо, развернул его лицом к себе, – в вашем королевстве новый король, – гвардеец сорвал корону с головы мужчины.

– Да как вы смеете, – старый король отшатнулся, хватаясь за рукоять меча, весящего в ножнах на правом боку.

– Отныне, по решению специального военного совета, я смею всё, – по залу разлетелся металлический звон. Король давно не держал в руках меч, вступая с ним в бой. В руках уже не было сил сопротивляться, но и умирать король не собирался.

Гвардеец не прикладывал особых усилий и лишь ухмылялся королю. Он не был ассом в управлении клинком, но справлялся лучше старика. Парень ловко отклонялся от ударов, а если и ловил их на свой клинок, быстро выкручивал свое оружие на свободу. Его забавило это нелепое сражение, а король почти задыхался от усталости, но продолжал нападать.

– У меня нет больше времени на эти забавы, вы лишь привлекаете чужое внимание, – парень отпрыгнул в сторону и, ударив локтем по руке мужчины, выбил его меч,– расскажите вашей супруге о таком позоре, – голова короля упала на ковры, а тело как мешок обвалилось к ногам парня. Мундир обезглавленного тела стал черным, покрытие на полу впитало всю кровь в себя. В открытых глазах седого мужчины замерло удивление и злость, – прощайте, старый король Альт.

К вечеру народ собрался на площади под парадным балконом замка. Снизу к нему поднимались лестницы, устланные коврами соломенного цвета. У лестниц стояли гвардейцы в темной, повседневной форме. Толпа сгущалась, настроение у всех менялось, солнце уже опустилось за стену крепости. Люди все ближе подходили к стенам замка, переглядываясь между собой и тихонько шушукаясь. Одна старушка в глубине толпы покорно шла за маленькой девочкой поближе к балкону, как и все. А дитя все бегало вокруг бабушки, подталкивая с одной стороны и потягивая с другой стороны. Ростом она была по пояс бабушке, в светло-зеленых глазах играл огонек задора, рыжая коса уже опутала шею один раз и все равно доходила до середины поясницы.

– Стой, я уже могу услышать, что скажет правитель, – женщина поставила посох перед собой и облокотилась на него, а маленькая девочка спокойно держалась за её платье, – там не наш король.

– С чего взяла, старуха? – взрослый смуглый парень с презрением посмотрел на женщину в тёмном платье, – неужели прописалась в пророка? – толпа усмехнулась.