Требуется гувернантка для детей волшебника

«Требуется няня для ухода за послушным ребёнком двух лет».

«Требуется женщина для привода и увода ребёнка в школу».

«Требуется опытная гувернантка со знанием английского, французского и итальянского языков».

Эмилия Ивановна вздохнула. Английского, французского и итальянского она не знала, в послушных детей двух лет не верила, а за «привод и увод» мало платили. Не так-то просто найти подходящую работу. Что там в газете дальше?

«Срочно требуется няня для двух детей за полуторную плату».

«Требуется гувернантка для детей волшебника»…

Что? Эмилия Ивановна, не веря глазам своим, перечитала ещё раз:

«Требуется гувернантка для детей волшебника на летний период.

Тел. 28-13-39. Звонить вечером».

«Шуточки», — подумала Эмилия Ивановна и попыталась читать газету дальше. Но загадочное объявление про волшебника не давало ей сосредоточиться. Что там ещё?

«Продаётся воспитанный щенок ротвейлера и слегка поношенные роликовые коньки».

Эмилия Ивановна представила, как она мчится на слегка поношенных роликовых коньках в обнимку с воспитанным щенком ротвейлера, с отвращением отбросила газету и взяла телефонную трубку.

— Алло, — ответил детский голос.

— Я по объявлению, — строго сказала Эмилия Ивановна. — Позови кого-нибудь из взрослых, пожалуйста.

— Папа на работе, — сказала девочка. — Звоните после шести. Или в гости приходите. Наш адрес: Фрезеровщиков, 5, квартира 14. На троллейбусе доедете или за вами ковёр-самолёт выслать?

Эмилия Ивановна проигнорировала издевательский вопрос про ковёр-самолёт и спросила сама:

— А причём тут волшебник? Для смеха?

— Какой уж тут смех, — совсем по-взрослому вздохнула девочка. — С волшебниками шутки плохи.

И положила трубку.

Наконец наступил вечер. По дороге к дому номер пять Эмилия Ивановна воображала себя героиней любимых английских романов начала девятнадцатого века. Бедная одинокая гувернантка с трепетом идёт по тёмной тисовой аллее, приближаясь к особняку своих новых хозяев. Огромный неосвещённый особняк… Конечно, неосвещённый (хулиганы разбили лампочку перед дверью в подъезд).

Эмилия Ивановна на минуту вышла из образа. Тёмный холл старинного графского дворца (то есть лестничная клетка) был великолепен, несмотря на резкую кошачью вонь. Вдруг во мгле раздался стон. Эмилия Ивановна вздрогнула, лихорадочно соображая что-то про сумасшедшую жену графа, запертую в потайной комнате. Но тут стон перешёл в вопль, и неанглийский мужской голос крикнул: «Брысь, проклятая!» Что-то упало на пол. Кто-то стремительно проскочил мимо с негодующим мявом, и Эмилия Ивановна при всей своей буйной фантазии не могла представить, что это сбежала графская жена. Эмилия Ивановна вздохнула о несовершенстве современной жизни и позвонила в квартиру номер четырнадцать. Ей открыли сразу же, будто ждали у двери.

— Входите, — пригласила девочка. — Вы хотите быть нашей гувернанткой?

Эмилия Ивановна вошла. Перед ней стояли трое детей — двое подростков и одна совсем малышка.

— Вас трое? — с трепетом спросила Эмилия Ивановна.

— Да, — печально подтвердила девочка. — Все гувернантки как увидят, что нас трое, так сразу уходят. Мы перед вашим приходом хотели Маруську спрятать в шкаф, чтоб вы не сразу сбежали. Но папа сказал, что надо по-честному.

Эмилия Ивановна про себя твёрдо решила, что в семью с тремя детьми она не пойдёт ни за какие коврижки. Да и с матерью, похоже, что-то неладно, раз девочка всё время только отца упоминает.

— А где ваш папа? — спросила она, думая, как бы подипломатичнее удрать. И тут следом за ней с лестничной клетки в квартиру шагнул мужчина.

— Юзька, сто раз тебе говорил: заштопай ковёр. Я сегодня чуть не грохнулся, — сказал он и втащил за собой свёрнутый в трубку грязный половик. — О, здравствуйте! Вы по объявлению? Сейчас будем пить чай. И не отказывайтесь, я вас всё равно не отпущу.

Мужчина решительно захлопнул входную дверь. Эмилия Ивановна почувствовала себя в ловушке.

— Я, наверное, вам не подойду, — жалобно начала она, но мужчина перебил её:

— Это мы вам не подойдём. Я и сам знаю, что трое детей — это много. Но чай-то вы попить можете? Побеседуем, пообщаемся, Юзя испекла вкусные ватрушки… Давайте по-свойски, на кухне.