Тот

Сквозь плотно закрытые веки проникал яркий ослепляющий свет. Разделяясь, теряясь и снова возникая как в детском калейдоскопе он пучками вспыхивал разноцветными цветами, создавая иллюзию движения в межзвездном пространстве и снова исчезал, ослепляя глаза. Легкое покалывание век только усиливало эффект иллюзорного полета. Но скоро это пройдет. Надо всего лишь еще немного потерпеть и прежнее зрение вернется к нему.

Интересно кем я стал на этот раз. В последний раз, за мою забывчивость и несвоевременную оплату налога на новый космобиль, который по счастливому случаю был приобретен на космостроительных верфях Сатурна, земная префектура по делам внутренних заимствований в качестве наказания отправила его на три месяца в зоопарк Венеры реинкарнировав в тело мамонта.

Никогда не думал о том, как трудно быть мамонтом в венерианском зоопарке. Казалось бы, что может быть лучше, бродить в свое удовольствие по лужайке да купаться в искусственной запруде, не обращая внимания на детвору и их взрослых, недалеко ушедших в развитии от своих детей, родителей.

Но когда тебя в наказание за спор с санкционным префектом вживляют в тело самки мамонта, от которой к тому же ждут потомство, жизнь уже не кажется столь прекрасной. Как же это мелко и пошло мстить подобным образом. До сих пор с содроганием в ногах и ужасом в сердце вспоминаю, как пришлось носить в себе весом сто килограммов носатое существо с огромными и к тому же сильно волосатыми ногами. Хорошо успел пройти обратное перевоплощение до его появления на свет. Хоть в этом ему повезло. А если бы не успел, и ему пришлось бы рожать мамонтенка, как обещал за мое плохое поведение санкционный префект. Даже думать об страшно.

Хотя, если поразмыслить, было не так уж и плохо на Венере. Искусственная атмосфера с благоприятным микроклиматом делала жизнь в зоопарке приятной. Все за тобой ухаживают, заботятся. С утра ванные процедуры с вычесыванием шерсти по всему телу. В обед специальное блюдо из мороженых фруктов со взбитыми клубничными сливками на фоне легкого океанского бриза и в сопровождении музыкального оркестра из венерианских музыкальных улиток. А на ужин марсианский глюк, который сам запрыгивает тебе в рот и нежно щекочет изнутри, пока без остатка не растворится в желудочном соке.

Нет, это совсем не сравнится с тем ужасом, который он испытал в предыдущий раз. Тогда с реинкарнацией не заладилось с самого начала. Придя в себя и только начав свыкаться с ролью носорога в осеннем лесу тибетского нагорья, меня подстрелил охотник, которого забыли предупредить о запрете охоты на земных животных. Но я его не виню. Встретить носорога в Тибете и даже не попытаться застрелить его, означало бы проявить сверхчеловечную любовь к живой природе. Но не для того люди покупают дорогое снаряжение, получают разрешение на убийство чтобы затем проявить снисхождение к животному.

Но в этот раз охотнику не повезло. Вначале, что встретил меня в облике носорога в местах, где такие животные отродясь не водились. А потом, что нас обоих реинкарнировали лабораторными мышами в научно-исследовательском центре по изучению болевых синдромов.

Столько боли за столь маленький промежуток времени не приходилось испытывать никогда. Да что там за маленький промежуток времени. Столько боли я не испытывал никогда. И не только я видимо. После этого случая охотник утилизировал свой охотничий жетон со всем своим оружием и зарекся стрелять животных на каких бы планетах они не обитали. А я, будучи не только носорогом в осеннем лесу, но и подопытной мышью, скорым шагом галопом побежал оплачивать очередной просроченный штраф за неправильную парковку своего космобиля.

Но зарекаться не стал. И как в воду глядел. Жить на Земле, где все давно регламентировано, и нарушить правила благопристойного поведения, можно, только если входишь в Межпланетный Совет по управлению территориями. А лучше сразу отправиться колонизировать дальние планеты солнечной системы.

Но это скорее для тех людей, которые исчерпали возможности своих перевоплощений. У этих нарушителей земного покоя остался лишь выбор отправиться к звездам добровольно или принудительно, в качестве предмета интерьера космоплана с дезактивированной на время полета трансматрицой.

Но это все же лучше, чем подвергнуться аннигиляции в плазменном двигателе и быть распыленным на атомы межзвездном пространстве. Однако моя трансматрица с игольчатыми рунами сознания еще не истончилась, поэтому рано мне думать о колонизации планет ближайших звездных систем.

Стихло. Кажется, все закончилось. Реинкарнация прошла успешно. Пора открывать глаза и узнать, кем я стал на этот раз.

Тот открыл глаза и увидел прямо перед собой текстолитовую решетку.

Неужели я снова в зоопарке, – пронеслась в его голове первая мысль. Но присмотревшись внимательней понял, что это была ограда дома, в котором видимо ему, предстоит провести ближайшие три месяца своей жизни. Вот только еще не понятно в качестве кого.

Рекс, ко мне, – донесся до слуха Тота голос.