Тонкая грань

Горе тому, кто отдаёт своё сердце иллюзии – этой единственной реальности на земле, но горе и тому, кто этого не делает. Одного ждут разочарование и боль, другого – запоздалые сожаления.

Теодор Драйзер.

Описание

.

Александр был одним из тех, кто держал дома настенный календарь и каждый день отрывал от него листок. Может показаться странным, что молодой человек ориентируется во времени устаревшим в 2020-м году способом, когда для того, чтобы узнать не только дату и время, но и прогноз погоды, и свежие новости, достаточно нескольких движений пальцем по сенсорному экрану смартфона. И причём все эти действия, вместе взятые, едва ли будут более энергозатратными, чем подъём с постели для того, чтобы дойти до кухни, где висит календарь.

Но для Александра это было делом первостепенной важности, которое он каждый день совершал сразу же после того, как вставал с утра с постели. Для него это было нечто особенное, и, если прибегать к религиозным терминам, сакральное. Некий обряд, который он поклялся соблюдать – без клятв, на обозрение зрителю – который слеп и не сможет этого увидеть, ведь его, более того, даже не существует. Примерно таков был смутный образ мыслей Александра; словом – мотивы для этого были весьма сложными, и он сам толком не понимал, для чего завёл себе такую привычку. Но он точно знал: без привычки что-то сильно пошатнётся в его мире. В мире, который он для себя открыл четыре года назад в девятнадцатилетнем возрасте; в мире, о существовании которого он много раз мог слышать с экрана телевизора, со страниц книг, с уст друзей и знакомых. Но уж никак он не мог себе представить – впрочем, как и любой другой человек молодого возраста – что это коснётся его. Это мир утраты.

Сегодня он по обыкновению проснулся за несколько минут до будильника, установленного на 08:00. Повалявшись ещё несколько минут, он, зевая, потянулся в кровати. «Новый день. Прекрасно» – подумал Александр, легкая улыбка проскользнула по лицу. Сменив горизонтальное положение на сидячую позу и нащупав ногами меховые тапочки, он встал с кровати. Эти тапочки он носил вне зависимости от времени года. Они ему очень нравились: «Небольшая порция эндорфинов через осязательные чувства с первых же секунд бодрствования – это ли не чудо?» —думал он время от времени, надевая домашнюю обувь.

Благополучно миновав порядка полдюжины проводов, хаотично валяющихся на полу перед порогом спальни, Александр вышел из своей комнаты и направился на кухню через прихожую. По пути, взяв с журнального столика дротик, он запустил им в мишень, которая находилась на противоположной стороне прихожей прямо над входной дверью. И не особо огорчился, не попав в самый центр. Дротик воткнулся в доску буквально тремя сантиметрами ниже точки «бинго», что также довольно-таки метко.

– Повезло тебе сегодня, пухляш, – сказал Александр, обращаясь к доске, на которую была нанесена фотография руководителя его офиса. Самым центром доски, точкой «бинго», служил глаз Андрея Степановича – его «большого босса», как шутливо он именовал начальника за глаза вместе со своими коллегами. Прозвище свое Андрей Степанович получил за свои объемные габариты.

Переступив порог кухни, Александр на долю секунды почувствовал тревогу, о которой тут же забыл. Но пришлось вспомнить о ней, как только, сделав пару шагов, он увидел на календаре дату: 12 января. Значит, сегодня 13 число. Та самая дата, что перевернула его жизнь.

Такие дни люди называют по-разному: роковой, трагический день, день Воли Божией. Александр предпочитал не давать этому дню названий, ибо сама дата – 13 января, и то, что собой символизирует, и чем она пропитана – этого более чем достаточно. «Неужели, и в правду сегодня…? Но ведь на календаре 12-е число… Ну да, утро – значит, сегодня нужно его сорвать… Может, оставить как есть?» – подобным сумбуром мыслей Александр не долго пытался себя утешать. По своей натуре он не был человеком нерешительным, а скорее, наоборот – был склонным действовать.

Мысли эти вихрем пронеслись одна за другой в его голове. Это длилось всего пару мгновений. Но они, словно пули, пролетая над головой и свистя, как бы повисли в воздухе. Словно поезд, который, казалось бы, уже проехал мимо тебя, но в каждый крайний миг у него появляется всё новый и новый последний вагон.  Но если в случае с вагонами (предположим, такой поезд существует) это может длиться долго, то на десятом этаже 16-этажного дома в городе Химки, Московской области у молодого человека по имени Александр ушло не более пары секунд, прежде чем он переступил порог своей кухни и приблизился к календарю.