Том 1. Рассказы и сказки

Целое поколение советских писателей начинало свой творческий путь на полях гражданской войны, в гуще ожесточенной борьбы за установление Советской власти. Художники слова были в те годы и солдатами революции, и ее первыми агитаторами, первыми певцами героической эпохи. Валентин Петрович Катаев — типичный представитель этого поколения. Его творчество — неотделимая часть сложного, многообразного литературного процесса, начавшегося в дни революционного перелома от старого мира к миру социализма.

Писатель родился 28 января 1897 года в Одессе — богатом торгово-промышленном приморском городе, который являлся также крупным культурным центром на юге страны. Здесь был основан Новороссийский университет, вокруг которого группировались выдающиеся ученые — такие, как Мечников, Сеченов и др. На сцене оперного театра выступали с гастролями прославленные европейские актеры — Сальвини, Айра Олдридж. В городе издавалось множество журналов, где сотрудничали и местные литераторы, и столичные, часто бывавшие и подолгу жившие в Одессе. Среди них — Куприн, Бальмонт, Бунин и др.

Семья Валентина Катаева принадлежала к русской демократической интеллигенции. Отец — Петр Васильевич Катаев — был родом из Вятки. Окончив Новороссийский университет по историко-филологическому факультету, он стал учителем. Мать — Евгения Ивановна Бачей — принадлежала к полтавской мелкопоместной дворянской семье.

В доме Катаевых хорошо знали и высоко ценили классическую литературу XIX века. Оба будущих советских писателя — и Валентин Петрович, и его брат Евгений (Евгений Петров) — воспитывались на лучших образцах русского реализма, испытав могучее воздействие его великих представителей. Им рано открылись богатства родной литературы — и светлый, радостный талант Пушкина, и горький юмор Гоголя, чистота, ясность Никитина и Кольцова, трагическая лиричность Шевченко.

Многообразны и противоречивы были воздействия эпохи на молодого Катаева. Но было главное: демократические традиции семьи, которая отражала умонастроение русской трудовой интеллигенции с характерными для нее общественными идеалами — ненавистью к царизму и стремлением отдать все свои силы и знания обездоленному народу.

Писать и печататься Валентин Катаев начал рано. Первое его стихотворение — «Осень» — появилось в 1910 году, и с этого времени молодой поэт систематически публикуется в газетах: «Одесский вестник», «Одесский листок», «Южная мысль». Ранние стихи его представляли собой зарисовки с натуры, жанровые сценки, картины природы, овеянные лирическим настроением автора.

Вскоре Катаев сдружился с молодыми одесскими поэтами, среди которых заметное место уже занимал Эдуард Багрицкий. Они выпускали стихотворные альманахи: «Шелковые фонари», «Серебряные трубы», «Авто в облаках», «Седьмое покрывало». Катаев неизменно участвовал в вечерах «левых» поэтов, однако их увлечений модными декадентскими течениями не разделял.

В 1914 году произошли две литературные встречи, оказавшие решающее влияние на творческое развитие молодого писателя. Одна из них — встреча с Иваном Буниным. Хотя по возрасту и дружеским связям Катаев, естественно, принадлежал к поэтической «левой» молодежи Одессы, но традиции той среды, из которой юноша вышел, ее влияние, вкусы, идеалы — все это сближало его со старшим поколением писателей. Именно у Ивана Бунина он обучался реалистическому мастерству: «умению описывать вещи», «пластике слова, красочному виденью мира», а также «симфонизму» стиля; «Бунин учил меня видеть, слышать, нюхать, осязать, учил ритму прозы», — вспоминает В. Катаев.

Другая встреча навсегда связала писателя с Владимиром Маяковским.

В январе 1914 года в Одессе на сцене Русского театра состоялись два больших вечера московских футуристов. Новизной тематики, образностью, остротой, а главное, своим бунтарским духом резко выделились выступления Маяковского. Стихи его захватили молодого Катаева. «Футуристов, — вспоминает писатель, — я не понимал и не принимал. Но Маяковский понятен был чрезвычайно. Маяковский — ни на что не похоже… поразило новое виденье мира: урбанистичность его стихов, живопись, предвоенное ощущение действительности. Затем позднее — протест против мещанства, лавочников, торгашей, сытых буржуа»[1].

В поэзии Маяковского для молодого Катаева прозвучал бунтарский голос нового времени. Преклоняясь перед высоким мастерством художников критического реализма, молодой Катаев, как и многие из его сверстников, ощущал разрыв между современной ему литературой и движением истории.

Молодой русский капитализм уже хищно мечтал об империалистических захватах. Царская Россия стояла в преддверии чудовищной мировой бойни. Внутри страны все кипело и клокотало, в недрах народных бурно вызревала революция.