Тим Ясный

Предисловие

Все события и персонажи из этого произведения вымышленные и не имеют отношения к реальности.

***

Почему мини-роман?

В этом произведении я хочу рассказать полную историю жизни одного необычного человека, поэтому его стоило бы отнести к жанру романа. Но из-за привычного мне объема, характерного для повести, я вынужден назвать это произведение мини-романом.

Глава 1 Непростое детство

В обычный теплый летний день в подмосковном доме помещиков Березиных родился первенец. Было это первого августа 1898 года. Семья с нетерпением ждала появления на свет ребенка. Особенно его ждал отец – тридцатидевятилетний Лев Анатольевич – статный высокий офицер с длинными усами, зелеными глазами и толстыми бровями; он считал себя уже достаточно зрелым и боялся так и остаться без детей. Его жене – Людмиле Александровне, миловидной хрупкой девушке с каштановыми волосами и круглым личиком, было всего двадцать три, по сравнению с мужем, она была совсем юна.

Новорожденного мальчика назвали Марком, что в дальнейшем повлияло на его отношение к именам. На него влияло все, что происходило в семье. Как и любой ребенок, он как губка вбирал в себя все окружающее его.

Людмила была хорошей матерью. Она не стала нанимать няньку и все время проводила с любимым сыном. Марк был обыкновенным милым живым комочком с большими испуганными глазами, который вызывал у родителей умиление и радость.

Через два года после рождения Марка в семье появился еще один ребенок – Борис.

Детей окружали лишь родные и самые близкие знакомые его родителей. Из родственников в доме постоянно жил их дед – отец их отца – Анатолий Евграфович. Это был невысокий полный мужичок уже преклонного по тем годам возраста, он был глуховат и чуть слаб умом. Это заключалось в дырявой памяти и склонности к глупой настойчивости старого маразматика. Он любил употреблять в своей речи разные иностранные слова, часто путая их значения. Так он мог сказать гостям: “Предлагаю пройти в залу и сыграть с вами в реверанс”. (Имелось в виду преферанс). Или он мог сказать: “Там на антрекоте лежит мое пальто”. (Имелась в виду антресоль).

Из-за этих забавных оговорок дед был для Марка кем-то вроде шута. Мальчик любил поговорить с Анатолием Евграфовичем, особенно охотно он слушал его истории из богатой на случаи жизни дворянина, многие из которых были, правда, приукрашены.

***

Лев Анатольевич был строг и консервативен, что было неудивительно для офицера. Он часто поучал сына, заставляя его запоминать правила этикета, разные полезные для диалога фразы на французском, что ужасно не любил Марк. Он все время спрашивал, почему мы, русские люди, должны говорить на французском? Отец отвечал ему: “Наш народный язык очень богат и похож на старый шкаф в чулане – там намешано всего со всех концов света. А французский – язык музыки, поэзии и просвещения. Он чист от иностранного словесного мусора”.

Мать Людмила была мягка к сыну и часто жалела его тогда, когда муж мог бы его наказать. Поэтому мать Марк любил больше, вернее так: мать он любил, а отца уважал.

Отношение к старшему брату у Льва Анатольевича было более требовательным. Скорее всего младший был еще маловат для поучений, и скоро должен был прочувствовать на себе бремя Марка.

Старший сын был любознательным и даже скорее любопытным. Он все время задавал вопросы, изучая родное поместье. Его любимым вопросом был: “А это для чего?”

Ответ родителей был чаще всего: для красоты – а для еще в дом нужна лепнина и кованые лепестки на перилах или подсвечниках?

И эта фраза: “Для красоты” ужасно раздражала героя. Он не понимал, зачем столько красоты в одном доме, и главное, зачем столько денег тратить на украшения дома, если можно потратить на еду или что-то другое, полезное.

Вскоре Марк начал занятия с учителями по музыке, иностранным языкам, математике и чистописанию.

Писать он любил, а вот считал с неохотой. Вернее, не любил цифры, а любил буквы. К музыке он относился с отвращением и не скрывал этого. Отец поначалу принуждал его к занятиям, а потом решил, что это бесполезно, и ограничился уроками вальса, так скажем, на базовом уровне.

С иностранными языками у Марка шло лучше, чем с математикой. Но все равно он любил больше всего русский язык за его понятность, в первую очередь, а во-вторых, за богатство.

В семь лет Марк знал наизусть несколько десятков стихов Пушкина, Лермонтова и других классиков. А еще мальчик любил придумывать себе в голове разные истории. Сидя в саду, он наблюдал за насекомыми и представлял, каково им жить в своем мире. Марк начал писать короткие истории о животных и насекомых в блокнот, подаренный отцом на восьмилетие.

Лев Анатольевич надеялся, что сын начнет вести дневник в нем, записывая только лучшие моменты в своей жизни. Но Марк, вопреки его ожиданиям, очень быстро исписал блокнот рассказиками своим размашистым детским почерком. Узнав об этом, отец сделал вид, что все хорошо, но на самом деле расстроился и начал разочаровываться в первенце.