Тихий омут

ТИХИЙ ОМУТ

В кафе-баре «Наташа» громко играла музыка. Борис с Ириной сидели в углу за столом и тихонько потягивали коктейль. В зале сидели редкие посетители. В другой стороне помещения кафе за сдвинутыми столами сидела шумная компания, отмечавшая какую-то дату. Компания «варилась в собственном соку», не обращая ни на кого внимания. За соседним столиком справа от Бориса сидел бородатый мужик, одетый несколько странновато для бара, в повседневной полурабочей одежде и, не снимая куртки-пуховки. В центре сидела молодая пара. Эти двое смотрели друг на друга и не обращали никакого внимания на окружающих. За стойкой бара расположились два мужика неопределённого возраста, оба небритые, полупьяные. Они перепирались с барменом довольно громкими фразами вперемежку с бранью. От них доносились только отдельные выкрики. Все остальные звуки заглушала музыка.

У входной двери скучал охранник, здоровенный детина, облачённый в белую рубашку с бабочкой без пиджака. Скучающим взглядом охранник смотрел на окружающих. По его виду заметно, что такая обычная атмосфера ему крайне надоела. Он с нетерпением ждал, когда закончится его смена.

Ирина поднялась со своего места и направилась в дамскую комнату. Борис остался сидеть за столом. В дамской комнате стояла молодая женщина с пышными рыжими волосами, – возможно, это был парик. Лица её Ирина не видела. Дама стояла как-то боком и, подняв и без того короткую юбку, поправляла ажурные чулки, подтягивая их вверх. Такие чулки некоторые мужчины называют бранным словом. Их обычно используют для большей привлекательности и сексуальности.

Ирина прошла в кабинку, а когда выходила, рыжей женщины уже не было. Открыв дверь из дамской комнаты, она увидела Бориса. Он лежал на спине с удивлённым выражением лица. Голова покоилась на ступеньке. Руки раскинуты в стороны, а из груди торчала рукоятка ножа.

У меня, Садчикова Алексея, в этот день был законный выходной. Фамилия у меня известная, но я не родственник знаменитого сыщика. Просто мы однофамильцы, но по профессии я, также, как и он, слыл сыщиком. Повседневная рутина затягивала, приходилось находиться на работе допоздна и вот, в кои веки, я получил законный выходной и сейчас сидел с ребёнком, делали уроки.

– Как ты сидишь? Сядь прямо и не грызи ручку. Поделить двенадцать яблок на четыре части очень просто. Возьми мысленно трёх друзей, дай каждому и себе тоже яблок, чтоб всем досталось поровну. Вот у тебя яблоки и поделятся, а затем посмотри, сколько каждому досталось?

В этот момент раздался телефонный звонок. Я взял трубку, и голос дежурного сообщил:

– Убийство в баре «Наташа». Оперативники все заняты. Начальник просил вызвать тебя с выходного дня, чтобы ты занялся расследованием. Там сейчас находится участковый.

Мой непосредственный начальник майор Гаврилкин – человек непредсказуемый и без чувства юмора. Ослушаться его означало попасть в опалу. Последствия могли быть самыми печальными.

Пришлось идти к соседке и просить, чтобы присмотрела за сыном. Жена находилась на работе, и должна прийти с минуты на минуту. Часы показывали девятнадцать без четверти.

На своей машине я довольно быстро доехал до бара. У входа стоял милицейский УАЗик. Несколько зевак остановились и негромко переговаривались. Подъехала скорая помощь. Невдалеке находились три припаркованные машины. Я обратил внимание на серую «Волгу», ничем не примечательную и не выделявшуюся от двух других, но бросался в глаза её номер «001». Быстро окинув всё это взглядом, я прошёл внутрь. Участковый находился в маленьком коридорчике, никого не впускал и не выпускал. Охранник стоял в проёме двери зала лицом к выходу и молча созерцал на происходящее. Около охранника стояла женщина лет тридцати с тёмными распущенными волосами и всхлипывала. Одета женщина в серую кофту и джинсовые брюки, на ногах обуты бордовые сапоги, – это всё я заметил на ходу. Дальше предстоял кропотливый осмотр места происшествия.

На мой немой вопрос участковый сообщил, что охранник ничего не видел. Кроме этой пары, по его словам, из бара никто не выходил. Женщина вышла из зала в восемнадцать ноль пять – это он заметил по электрическим часам, которые висели на стене бара. Убитый вышел почти следом за ней после звонка на мобильный телефон. Больше ничего существенного охранник сообщить не мог. Мобильного телефона я при убитом не обнаружил. Все остальные предметы личных вещей остались на месте. По паспорту Борис Семёнович Семёнов тридцати двух лет, местный и проживал на соседней улице.

Прибывшая группа занялась рутинной работой по осмотру места происшествия и сбору свидетельских показаний. К охраннику у меня доверия почему-то не возникало. «Надо проверить алиби всех находящихся в баре и опросить», – подумал я. Внутри дамской комнаты мне бросился в глаза мокрый след от дамской туфли, но огромного, примерно сорок третьего, размера. Кто-то, возможно случайно, наступил на лужу около раковины и на полу остался этот след.