The Game. Игра

Издательство КоЛибри ®

А. Имя пользователя

Пароль

Б. Play 1978 Нулевой позвонок

1981–1998 От Commodor-64 до Google

Классическая эпоха

Комментарии к классической эпохе

1. Закат посредничества

2. Дематериализация

3. Добавленное человечество

4. Иномир

5. Бродим по Паутине

6. Машины

7. Движение

Mappa Mundi 1

1999–2007 От Napster к айфону

Колонизация

Комментарии к эпохе колонизации

1. The Game. Игра

2. Поверхностность

3. Первая война сопротивления

4. Пост-опыт

5. Растерянность

6. Homeland

7. Пост-опыт о себе

Mappa Mundi 2

2008–2016 От App до AlphaGo

The Game. Игра

Комментарий к эпохе Игры

1. Массовый индивидуализм

2. Новая элита

3. Эпизодические набеги в политику

4. Заново открываем «всё»

5. Вторая война сопротивления

Mappa Mundi 3

В. Карты Семь тематических маршрутов

Г. Следующий уровень 1. Блуждающие звезды

То, что остается от истины

2. Другие иномиры

То, что остается от искусства

3. Contemporary Humanities

То, что остается сделать

 Имя пользователя

Пароль

Play

Карты

Следующий уровень

Лет десять тому назад я написал книгу под названием «Варвары». В те времена многие из обычных, нормальных людей и почти все люди образованные оказывались лицом к лицу с тревожной тенденцией, смириться с которой не могли: самые возвышенные, прекрасные, полные смысла действия, за века доведенные человечеством до совершенства, на глазах теряют все, что было в них ценного, ускользают, становясь небрежными и упрощенными. Шла ли речь о еде, учебе, развлечениях, путешествиях или сексе, все равно: люди, казалось, разучились делать все это красиво, с должным вниманием и разумной заботой, так, как делали их отцы. Можно было бы сказать, что нынче все делается наспех, кое-как, поверхностно.

В особое замешательство люди впадали, ежедневно наблюдая за поколением детей: те, похоже, пали жертвой необъяснимого генетического сбоя, из-за которого вид, вместо того чтобы совершенствоваться, со всей очевидностью обращается вспять, подвергаясь таинственной инволюции. Неспособные сконцентрироваться, хватающиеся безо всякого толку то за одно, то за другое дело, намертво прилипшие к какому-нибудь компьютеру, они блуждали по миру, скользя по поверхности вещей, не ставя перед собой какой-либо определенной цели, разве что свести к минимуму вероятность страдания. В этом их невнятном странствии по миру виделось предвестие некоего кризиса, верилось, будто вот-вот неизбежно наступит культурный апокалипсис.

То были раздражающие времена. Все силы интеллигенции в тот момент были брошены на то, чтобы подробно, по пунктам, выявлять упадок того или иного явления и обличать виновных. Не жалея времени, люди вставали на защиту всего, что разваливалось на глазах. Здравомыслящие граждане на полном серьезе ставили подписи в защиту старых молочных лавок или сослагательного наклонения. Каждый гордился собой всякий раз, когда удавалось защитить что-то, не позволить вихрю времени унести это прочь. Большинство считало, что имеет законное право снять с себя заботы о будущем: срочно требовалось спасать прошлое.

Должен добавить, что какое-то обрывочное объяснение этому оползанию цивилизации вроде бы даже и было: дело, конечно, не вполне ясное, но, очевидно, тут замешаны цифровые технологии (все эти компьютеры) и глобализация (все эти торгаши). Под крылом этих двух неодолимых сил вызревал человеческий тип, целей которого не различали, языка не понимали, вкусов не разделяли, а манеры осуждали: варвары, если использовать термин, который и раньше, в другие эпохи нашей истории, истории покорителей планеты, служил для того, чтобы обозначить, насколько раздражающе другими, отличными от нас, являются люди, которых мы не в силах ни понять, ни обуздать.

Инстинкт велел остановить их. Самый распространенный предрассудок – считать их разрушителями, и точка.

Вряд ли, думал я.