Теремок

Пару лет назад в нашем доме открылся хостел с премиленьким названием «Теремок». Для тех, кто не знает, в классической версии сказки зверей в Теремке было ровно семь, так и у нас однажды сошлись семеро случайных и очень колоритных персонажей.

Хозяином «Теремка» был некто Петр – типичный петушок, который очень гордился своим малым бизнесом и при любом удобном и неудобном случае напоминал, что всего в этой жизни добился самостоятельно. Сейчас уже сложно предсказать, чего бы он достиг, не отпиши ему бабка квартирку на первом этаже направо от лифта. Перед смертью старуха сказала: «Жить тебе, Петрушка, как в сказке», смачно плюнула, уткнулась в спинку тахты и испустила дух. Холм над бабулей еще не осел, а в квартире уже вовсю кипела работа, и спустя месяц на фасаде нашего дома появилась новая табличка.

Китайский колокольчик вздрогнул, когда Петр возился в кладовке. Выйдя к стойке, хозяин никого не заметил, и решил, что ему просто почудилось, как вдруг в пустом коридоре кто-то пискнул:

– Здравствуйте.

Молодой человек отшатнулся к стене и лихорадочно заозирался. Чертовщина какая-то. Петр наскоро перекрестился, и голос прозвучал вновь на этот раз откуда-то снизу.

– Я здесь.

Перегнувшись через стойку, хозяин ночлежки увидел первого постояльца. По обеим сторонам круглого веснушчатого лица болтались две тугие косички, маленькие губки смазаны розовыми блестками, глаза… Вот дьявол. Увидев их, Петр сразу догадался: перед ним хоть и маленький, но очень взрослый человек с остекленевшими кукольными глазками, мертвыми льдинками, прячущимися от света под козырьком угловатого лба. Запаха не слышалось, но хозяин решил, что гостья немного пьяна.

Сверившись с бронью, Петр вышел из-за стойки и отправился показывать апартаменты. Под сдачу в квартире отводились две комнаты: большая – общая на несколько двухъярусных кроватей, и маленькая – семейная с возможностью почасовой аренды. Выбрав место у окна, женщина стала распаковывать свои скромные пожитки. Первой из сумки выкатилась початая бутылка вина. Петр уже оттопырил указательный палец и даже открыл рот, но в этот момент китайский колокольчик позвонил снова.

В коридоре стоял мужчина со спортивной сумкой, перекинутой через плечо. Лицом он напоминал грызуна: верхняя челюсть выдвинута вперед, передние зубы с наклоном, жиденькие усы размазаны по тонкой верхней губе, мечущиеся глазки. Руки гость держал возле груди, словно мышь, вставшая на задние лапы.

– Здесь и здесь распишитесь, – разложив бумаги, хозяин стал искать ручку, но нашел лишь клейкий кружочек там, где минуту назад стояла подставка письменного прибора.

Оказавшись в комнате, мышеподобный занял дальний и самый темный из нижних ярусов. Объясняя новому жильцу, где туалет и кухня, Петр краем глаза заметил, как, сидя на подоконнике, маленькая женщина постукивает в запотевшее стекло лбом.

В течение дня китайский колокольчик звонил еще дважды, и к вечеру в «Теремке» собралось уже четверо постояльцев. Помимо утренних: маленькой женщины с отрешенным взглядом и человека, похожего на грызуна, в общую комнату заехали еще двое. Гостем под номером три стал мужчина лет пятидесяти с огромными, как у медведя, ручищами и маленькими ушами, прятавшимися в чащобе сальных волос. Предплечья и кисти постояльца, покрытые мертвенно-серой, местами потрескавшейся кожей, едва помещались в рукава растянутого донельзя свитера. От боли или нет, но человек этот буквально ненавидел все, что попадалось ему на глаза.

– Распишитесь, пожалуйста, – протягивая бланк, попросил хозяин хостела.

Мужчина раздраженно заревел, пытаясь совладать с опухшими пальцами, но чуда не произошло, и Петр лишился еще одной ручки.

Маленькая женщина продолжала сидеть на подоконнике, а гость, приехавший вторым, дремал, накрыв лицо выгоревшей бейсболкой. Брезгливо осмотрев комнату и соседей, человек-медведь плюхнулся на свободную койку.

– Что за дерьмо! – привстав и вновь опустившись на матрас, выругался жилец, – дешевка проклятая! Пожестче нет?

Петр развел руками, других матрасов в хостеле предусмотрено не было.

Четвертый путешественник появился после обеда. Еще с порога он приметил обитое кожзаменителем кресло и, кое-как преодолев несколько метров, со вздохом растекся между подлокотниками. Майка гостя была насквозь пропитана потом, в одной руке он держал чемодан на колесиках, в другой – огромный стакан с логотипом ресторана быстрого питания. Прикладываясь к трубочке после каждого слова, путешественник объяснил, что забронировал место на фамилию Волков.

– Гастротуризм, – махнув стаканом, пояснил Волков.

Не поняв, о чем идет речь, администратор натянуто улыбнулся, про себя заметив: «У них там уже не общая комната, а общая палата». Гастротурист облюбовал последний из свободных нижних ярусов, достал пачку чипсов и лег, не разуваясь.