Теория заговора

Божественно красивому и невероятно талантливому английскому поэту-драматургу Кристоферу Марло на момент смерти исполнилось лишь 29 лет, но его уже провозглашали одним из величайших творцов того времени.

30 мая 1593 года Марло отправился в Дептфорд, юго-восточную часть Лондона, выпить, закусить и поболтать с тремя знакомыми: Ингремом Фризером, Николасом Скирсом и Робертом Поули в таверне, принадлежащей вдове Элеоноре Булл. Молодые люди спокойно провели день, беседуя и прогуливаясь по саду, но после ужина вспыхнул спор относительно счета за вино. Роковые слова были произнесены, самообладание потеряно, Марло, лежавший до этого на диване, вскочил, выхватил кинжал Фризера и дважды нанес ему удар по голове рукояткой. Ранения Фризера не были серьезными, но в последовавшей схватке он вонзил нож точно в правый глаз Марло, убив его на месте.

Популярная версия преподносит происшествие всего лишь как обычную кабацкую потасовку, создавая яркий образ буйных времен правления королевы Елизаветы, мужественной литературной эпохи, когда поэты еще не превратились в самовлюбленных созерцателей-нарциссов. Официальное расследование, начавшееся незамедлительно, 1 июня, подтвердило, что все произошедшее было последствием пьяной драки, и пришло к заключению: Фризер убил Марло при самообороне.

Свидетельства ближайших современников преимущественно разделяли официальную версию. И лишь после 1925 года, когда Дж. Лесли Хотсон опубликовал книгу «Смерть Кристофера Марло», вокруг трупа поэта действительно начали кружить стервятники. Так, Сэмюель Танненбаум в своей работе «Убийство Кристофера Марло» (1926 год), Чарльз Нишодл в книге «Расплата» (1992 год) и другие исследователи старались доказать, что смерть Марло — результат заговора.

Было ли связано что-либо необычное с именем Марло, способное поставить под сомнение тот факт, что его смерть была лишь «следствием кабацкой потасовки»?

Всего лишь за десять дней до смерти Марло был арестован по совокупности обвинений в атеизме, богохульстве и подстрекательской деятельности и освобожден под залог Тайным советом. Данные обвинения считались очень серьезными, равносильными государственной измене, и большое количество свидетелей (либо заговорщиков и клеветников, если верить авторам теории заговора) дали показания против поэта. Наиболее известное показание принадлежит Ричарду Бэйнсу, утверждавшему, будто Марло полагал, что «Моисей был не более чем фокусником… Что первоочередное назначение религии состоит в том, чтобы держать человека в благоговейном страхе… Что все протестанты были лицемерными ослами… Что если бы он взялся за написание новой религии, он предпринял бы более совершенный и достойный восхищения метод, и что весь Новый Завет написан отвратительно». И, для полноты картины, «что все те, кто не любит табак и хорошеньких мальчиков, — глупцы».

Если Марло даже просто пришли бы в голову подобные мысли, не говоря о том, чтобы высказать их вслух или попытаться убедить других, что они истинны, — это было бы ужасающим святотатством и дерзостью с его стороны. Свидетельство о подобных убеждениях, попади оно в нужные руки, могло сильно навредить и самому Марло, и всему его окружению, так называемой «Школе ночи», и его покровителю сэру Уолтеру Рэли.

Широко распространено представление о Марло как о ком-то вроде Джеймса Бонда того времени. Однажды он отправился в самовольную отлучку при подготовке к получению степени в Кембридже. В то время это не было чем-то из ряда вон выходящим. Но, вернувшись, он понял, что получение степени находится под угрозой, и сумел убедить некоторых наиболее влиятельных лиц страны, включая архиепископа Кентерберийского, написать письмо, подтверждающее, что он «оказал ее величеству неоценимую услугу и заслуживает вознаграждения за свою преданность». И вот это как раз очень необычно.

Некоторые исследователи утверждают, что Марло тайно отправился во Францию вместе с группой студентов-католиков в изгнании, выведывая слухи о католическом заговоре Бэйбингтона против королевы, хотя эта роль гораздо больше подошла бы Роберту Поули, провокатору и осведомителю, крупной фигуре в полицейском мире.