Тень луны

Вирджиния Спайс

Тень луны

OCR:Dinny;SpellCheck: березка

Пролог

Париж, 1912 год.

Над серебристыми крышами в обрамлении облаков мерцала голая луна. Париж плыл в вуалях легкого тумана, засыпал и пробуждался для грез. В тишине ночного города гулко раздавался отдаленный стук лошадиных копыт.

Начавшийся ранним вечером дождь прекратился, камни мостовой блестели. Пронзительно-щемящий воздух ранней весны был насыщен ароматом каштанов и акаций. Залитый лунным светом, город казался таинственно-прекрасным. Откуда-то сверху доносилась патефонная музыка, слышался раскатистый женский смех.

Улицы опустели, раскачивались на ветру фонари. Их лимонный свет отражался в стеклах домов. Величественный готический Париж остался позади. Улицы становились все уже и грязнее. Мелькали старые низкие здания и запущенные лужайки в каплях дождя. Развешенное белье развевалось, как флаги.

По мостовой двигался одинокий экипаж. Извозчик в шерстяном отсыревшем шарфе, казалось, дремал, время от времени ударяя кнутом по широкому крупу лошади.

В экипаже сидел господин в элегантном пальто, которое было, пожалуй, слишком легким для ранней французской весны. Его красивое загорелое лицо украшали старомодные седеющие бакенбарды. Синие глаза светились умом, и во всем его облике было так много благородства, достоинства и спокойной уверенности человека, знающего жизнь. В сильных изящных руках он держал трость, украшенную слоновой костью.

Экипаж остановился, но пассажир, погруженный в свои мысли, не заметил этого, и обернулся только тогда, когда открылась дверца.

– Мы прибыли, месье, – послышался простуженный голос извозчика.

– Да, да, благодарю вас, – кивнул господин и вложил в раскрытую ладонь несколько франков.

Высокий, стройный, быстрый в движениях незнакомец производил впечатление человека, много достигшего в жизни, но вместе с тем едва уловимая печать страдания лежала на нем. Пару минут мужчина постоял, оглядывая улицу. Луна скрылась за высоким домом, который когда-то был очень красив. Портики, башенки средневековом стиле делали его заметным среди других зданий, маленьких и темных. Со временем дом обветшал, его фасад облупился, и следы запустения виднелись на нем, хотя он оставался все таким же величественным.

Но господина интересовал вовсе не этот дом. Он подождал, пока экипаж скроется в изумрудно-синем сумраке, перешел на противоположный тротуар и, убедившись, что улица пустынна, вздохнул и громко постучал тростью в выкрашенную масляной краской дверь.

Дверь отворилась, и на пороге возникла маленькая женщина в кружевном чепце, с острым подбородком, глубоко посаженными глазами и носом с горбинкой.

– Добрый вечер, месье, – сказала она.

– Добрый вечер! Месье Плюга ждет меня? – отозвался мужчина с легким поклоном.

– Да. Проходите.

Женщина пропустила визитера вперед, бросив быстрый взгляд вдоль пустынного тротуара, тонкие губы ее растянулись в ироничной улыбке. Дверь быстро закрылась, засов опустился.

– Следуйте за мной, – проговорила женщина, направляясь в дальний конец коридора.

На тихий стук бесшумно отворилась дверь. Гость вошел в теплую светлую комнату, где у ярко полыхающего камина стоял мужчина.

Луи Плюга, щуплый мужчина с невыразительной и не очень приятной внешностью, был частным детективом и имел в Париже репутацию человека, способного провести любое, даже самое необычное и запутанное расследование.

По правде сказать, отправляясь к Плюга, визитер не был уверен в том, что сможет помочь ему. Но детектив имел одну важную особенность: его спокойная, вежливая манера разговора, проницательный взгляд умных глаз – все это располагало к приватному общению, вызывая доверие и симпатию.

– Месье Плюга!

– А, заходите, милости прошу, – приветливо и учтиво произнес сыщик. – Не хотите ли вы подогретого вина? Божественный дар Прованса – то, что нужно в такую сырую ночь.

– Нет, благодарю. Я получил вашу записку. – В голосе господина звучали ожидание и затаенная надежда.

– Да, верно, – Плюга кивнул. – Похоже, долгие поиски окончены. Но, признаться, я не уверен, что вас обрадует результат.

– Так вы нашли ее?

– Да.

Гость был взволнован и потрясен. Он заметно побледнел, рука его потянулась к узлу галстука.

– Пожалуй, я все-таки налью вам, – сказал Плюга, вытаскивая пробку из бутылки и наливая вино в стакан. – Поверьте опытному человеку, это никогда не повредит. Особенно теперь.

– Я ошеломлен! – отозвался гость. – Годы бесплодных поисков Я думал, что уже никогда не найду ее, никогда не увижу.

Сыщик заботливо усадил гостя в кресло, дал ему стакан. Рука господина дрожала, яркий огонь камина искрился в стеклянных гранях. Он сделал большой глоток, помедлил и выпил до дна.

– Где она? – наконец взволнованно произнес он.

– Недалеко.

– Вот как?

– Она сильно больна, – печальным голосом сказал Плюга.

– Больна? Что это значит? – с тревогой спросил господин.