Темный лебедь (ЛП)

Переводчик и редактор: Shottik

Русифицированная обложка: inventia

— Хорошо, девочки. Пришло время прощаться.

Двенадцатилетняя Лилика Свон страстно желала приказать доктору Уолшу как умереть… мучительно… и когда… сейчас же. Если бы она поддалась порыву, а ее голосовая магия работала на оптимальном уровне, он бы подчинился, не в силах остановиться.

Но. Если бы она поддалась порыву, и ее голосовая магия не сработала бы, он бы избил ее старым электрохлыстом. Снова. Он любил бить ее электрохлыстом.

Решения, решения.

Ее сестра Тринити нежно накрыла ее руку своей, и Лилика втянула воздух. О! Тепло и мягкость чужой кожи! Но даже когда ее тело радовалось, разум не переставал думать. Почему Трин прикоснулась к ней, хотя это запрещено? Пошла на такой риск… ну, это могла быть молчаливая просьба не использовать голосовую магию. Итак. Решение принято. Вот так просто.

Лилика стиснула челюсти и поджала губы. Она жила по единственному правилу: «Делай что угодно, когда угодно и где угодно для своих сестер, не взирая на последствия».

В данный момент они занимали небольшую однотонную комнату. Между Лиликой и Тринити стоял массивный стол, заваленный огромными томами, предназначенными для повышения их интеллекта. Каждая девочка должна была прочитать не меньше одной книги за отведенный им вместе час.

Позже их проверят.

Другая их сестра, Джейд, стояла в углу и головой об стену. Бедняжка. Так отчаянно пыталась убежать от своей боли.

Лилике пришлось скрыть дрожь, когда зеркальная стена треснула. Если доктора узнают, насколько глубока ее привязанность к сестрам…

— Тринити, — рявкнул доктор Уолш.

В мгновение ока Тринита отдернула руку.

— Простите.

Лилика сразу же растроилась.

Ее голосовая магия и другие сверхъестественные инопланетные способности все равно не работали должным образом. Когда они вообще работали? Доктор Стрингс, ее персональный мучитель… иначе называемый наставник… каждое утро колол ей… что-то. От этого она слабела. Лилика ненавидела-ненавидела-ненавидела слабость.

А инъекция была даже не самым большим препятствием!

Тоска, отчаяние и печаль внезапно прорвались через связь, которую они разделяли с сестрами, привлекая ее внимание. Эмоции Тринити. Желание обнять ее оказалось очень сильным, но так или иначе Лилика его подавила.

— Мы бы хотели остаться вместе. — Голос Тринити был мягким, как аромат жимолости, который она так часто источала. Нежный запах, совершенно не вязавшийся с побелевшими костяшками, которыми она сейчас вцепилась в край стола. — Еще ненадолго.

Тринити всегда была спокойной, терпеливой, ее натура идеально дополняла ангельскую красоту. Сотрудники иногда называли ее Маленьким Чудом. Со светлыми локонами, большими голубыми глазами и бледной кожей она воплощала в себе все представления о создателе.

Лилика была… не такой. Но, с другой стороны, она никогда не должна была родиться.

Учены, работавшие в Институте Технологий Иных… И.Т.И… надеялись создать суперсущество. Кого-то, кто не являлся бы человеком или чужим, но был лучше всех. Затем яйцеклетка разделились. На три части.

Девочек часто называли Свон (Лебедями — прим. переводчика): поначалу они выглядели отталкивающе, но ожидалось, что превратятся в несравненных красавиц. Хотя внешность не имела значения… поначалу. Тройняшки сразу стали товаром.

Однако теперь внешний вид стал многое значить. Тринити и Джейд выросли в настоящих красавиц. Только Лилика осталась гадким утенком.

«Красота притягивает. Звери отталкивают».

Девушек, созданных в результате эксперимента, продолжали изучать. Природа против воспитания.

Тринити, первенца, удостоили звания положительного результата. Джейд, вторую, прозвали контрольной. А Лилику, последнюю, пометили как отрицательную.

Воспитание явно победило.

Джейд пробормотала:

— Остановите это… остановите… это должно прекратиться.

Одна их ее способностей позволяла видеть самые темные желания, таящиеся в голове любого поблизости… а также заглядывать в будущее… видеть, когда эти желания исполняются. И, несмотря на лекарства, которые ей тоже давали, способности не подавлялись.

Бум, бум, бум. Волосы цвета свежевыпавшего снега взлетали от движений, локоны идеально контрастировали с ее великолепной зеленой кожей… причиной ее имени[1]. Хотя большинство сотрудников называли ее Маленькой Безуминкой. Сумасшедшей.

Лучше прозвища Лилики. Ее звали Маленьким Кошмаром. Дьяволом.

Доктор Уолш вздохнул.

— Тринити, дорогая. Знаю, что ты просто притворяешься, будто читаешь, пока находишься рядом с сестрами. Ты смотришь на Лилику, а она на тебя. Это пустая трата драгоценного времени. Особенно, когда тебе нужно сделать важные дела.

В груди Лилики вспыхнул гнев. Гнев, который ощутили и ее сестры из-за связи. Он сказал: «Сделать важные дела». А имел в виду: «Опустошить людей».