Темный дождь

В темной комнате от страха дрожал ребенок. Его маленькие ручки обхватили деревяшки детской кроватки, сжимая их со всей своей небольшой силой. Он не плакал, поскольку даже в таком возрасте он знал, что это не имеет смысла, ведь никто к нему не придет. В квартире никого не было. В комнату из окон лился лунный свет, выявляя тени тут и там. Воображение мальчика превращало эти тени в жуткие образы монстров, темные руки которых медленно подбирались к кроватке. Он ничего не мог сделать. Только дрожать от страха в надежде, что скоро это закончится. В конце концов ребенок не выдержал и громко закричал, разрывая ночную тишину, выходя за пределы комнаты, наполняя весь мир.

25 лет спустя…

— Отпуск твой еще не закончился, а ты уже рвешься в бой? — спросил веселый голос из трубки.

— Серег, поверь мне — оно того стоит, — ответил молодой человек, прижав телефон к уху правым плечом, при этом складывая вещи в чемодан.

— Кость, ты всегда так говоришь! А потом оказывается, что кроме обычного убийства по-пьяни ничего интересного там не оказывается.

— Сейчас ты меня, капец как, расстраиваешь, — ответил Костя, уже заканчивая разбираться с вещами и застегивая чемодан.

Все было готово: одежда уложена, документы собраны. Он сел на край кровати и взглянул на свои часы. Было шесть часов утра. Сегодняшняя дорога предстояла стать одной из самых утомительных в его жизни. От осознания этого Костя вздохнул.

— Ну и чего ты вздыхаешь? — спросил Сергей, по ту сторону трубки. — Мне, знаешь ли, тоже было трудно проснуться так рано, чтоб с тобой проститься.

— Тебе напомнить о том, — спросил с улыбкой Костя. — Что там нет никакой связи?

Он снова вздохнул и лег на кровати, пытаясь не заснуть, из-за проведенной ночи без сна.

— Зато всю следующую неделю, я не услышу твой сладкий голос, — продолжал Костя, не дождавшись ответа.

— Ага, — говорил Сергей. — Будь у тебя жена, она бы уже красилась перед твоим отъездом.

Оба тихо рассмеялись. Хоть Сергей и был его редактором, но они всегда были не разлей вода еще с института. А сейчас уже, как пять лет, являлись, можно сказать, напарниками по делу.

— Я еще полночи не спал, — признался Костя, снова невольно зевая. — Кошмары снились.

— Опять? — удивился Сергей. — Ты, конечно, извини, но ты же не собираешься снова мне пересказывать эти бредовые «видения»?

Редактор иногда бывает грубым, но Костя уже привык к подобным шуткам, пропуская их мимо ушей.

— Может ты уже себе психолога найдешь? — спросил он.

— Подумаю над этим. — Костя взглянул на часы. — Ладно, за мной скоро должны заехать, поэтому давай прощаться.

— Только ты это, — неуверенно сказал голос в трубке. — Будь осторожнее, хорошо?

Сергей всегда говорил это своему другу перед поездкой. Обычно ничего в подобных командировках не происходило, но ведь никогда не знаешь, что тебя ждет в подобных захолустьях.

— Хорошо, мамуля, люблю, целую, — иронично ответил Костя, еще больше развеселившись.

— Да пошел ты! — громко произнес Сергей и положил трубку. Услышав быстрые гудки, Костя кинул телефон на подушку справа от себя.

Наступила тишина. Косте еще никогда не приходилось уезжать так далеко от столицы. Сначала ему на такси нужно доехать до аэропорта, затем на самолете до города Н., чтобы снова пересесть в машину, и так доехать до самого поселка. Весь путь занимал больше чуть больше двух суток. Он надеялся хотя бы выспаться за все время своего путешествия, поскольку ночные происшествия не дали ему спокойно выспаться.

Кошмары снова вернулись. Для него это означало время бессонных ночей. Причем кошмары были одни и те же, словно сломанная пластинка проигрывает один единственный момент его жизни: он — маленький ребенок, вокруг него сгущающаяся тьма. Тени подступают все ближе и ближе, а он ничего даже сделать не может, кроме как громко закричать, своим тонким, неокрепшим голоском. Годы спустя те события продолжали преследовать его уже во взрослой жизни, доставляя сплошные неудобства. Только недавно Костя решился спросить у своей матери — как так получилось, что маленький ребенок остался одним дома, наедине со тьмой и своими страхами? Судя по ее рассказу, ей пришлось куда-то отправится посреди ночи, но куда, она так и не рассказала. Хотя для Кости это уже было не важно. С тех самых пор, он стал бояться темноты, никогда больше не чувствуя себя в безопасности наедине с нею. Много лет Костя пытался бороться с этим, но ничего не выходило, а становилось все только хуже, когда это начало отражаться и на его журналистскую работу.

Из мыслей его вывел звонок по телефону. На экране высветился неизвестный номер. Поднеся трубку к уху, на том конце прозвучал грубый голос, принадлежавший старому водителю такси. Он сказал, что подъехал к дому, поэтому пассажир может спускаться. Когда же Костя поблагодарил водителя и положил трубку, то снова глубоко вздохнул. У него была традиция — перед своим отъездом всегда оглядывать свою небольшую квартирку, словно в последний раз.