Те, кто желает мне смерти

Mickael Koryta

THOSE WHO WISH ME DEAD

Copyright © 2014 by Michael Koryta.

This edition published by arrangement with Little, Brown and Company, New York, New York, USA. All rights reserved

© Артём Лисочкин, перевод на русский язык, 2019

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2020

Последним в жизни Джейса Уилсона стал день, когда, стоя на самом краю гранитного карьера и не сводя глаз с холодной глади воды, четырнадцатилетний парнишка начинал понемногу понимать то, что когда-то давным-давно говорила ему мать: плохо, когда ты выдаешь окружающим свой страх, – но гораздо опасней врать, будто тебе ни капельки не страшно. В тот момент Джейс не вполне сознавал, что она имела в виду. А вот теперь дошло.

От Крыши к воде спадал шестидесятипятифутовый[1] обрыв, и Джейс поставил сто долларов на то, что спрыгнет с него, – сто долларов, которых у него, естественно, не было, – а все только потому, что позволил страху предательски показаться наружу. Совершенно глупое пари, конечно, и он в жизни его не заключил бы, если б не девчонки, которые всё слышали и тут же принялись подталкивать друг друга локтями и хихикать. Но они, как назло, ошивались поблизости, так что теперь цена вопроса не ограничивалась какой-то сотней баксов – дела обстояли куда как более серьезно, и у него оставалось всего два дня на то, чтобы прикинуть, как из этой ситуации выкрутиться.

А далеко не для всех, кто рискнул спрыгнуть с Крыши, все заканчивалось благополучно. Из карьера уже доставали бездыханные тела, и это были ребята постарше – студенты, может, даже подготовленные ныряльщики, Джейс точно не знал. Не сомневался лишь в одном: высоты-то уж точно никто из них не боялся.

– Вот же вляпался! – прошептал он сам себе, оборачиваясь на прореху в ограде из стальной сетки, которая отделяла старый карьер братьев Истон от его собственного двора. Его дом притулился на самом краю заброшенной каменоломни, и Джейс давно облазил тут все закоулки – загорал, купался, – но от обрывистых берегов карьера всегда держался подальше. И уж тем более никогда с них не нырял. Всегда обходил на почтительном расстоянии – стоило даже просто приблизиться к краю, чтобы заглянуть вниз, как моментально кружилась голова, ноги слабели и сами собой несли его назад, шаркая по неровным камням. Несколько часов назад, однако, все это время, проведенное в окрестностях карьера в полном одиночестве, и послужило основой для той лжи, о которой теперь он так горько сожалел. Когда Уэйн Поттер начал гнать какую-то пургу про боязнь высоты, потому что Джейсу не хотелось вслед за всеми лезть на крышу школы по стремянке, которую какой-то работяга оставил приставленной к стене, Джейс самонадеянно заявил, что ему вовсе не надо лазить по каким-то несчастным стремянкам, дабы доказать, что он не боится высоты, – он, мол, постоянно ныряет у себя в карьере, а уж Уэйн-то точно такого не проходил.

Тот, естественно, объявил, что Джейс просто свистит. И, естественно, упомянул про Крышу. И, естественно, у него оказался старший брат, с которым он придет туда на выходных.

– Ну ты и кретин! – вслух ругал себя Джейс, плетясь по каменистой тропке, усеянной расклякшими сигаретными окурками и смятыми банками из-под пива, к одному из широких уступов над старым карьером, под которым, как он точно знал, было достаточно глубоко. Начать с малого – таков был его план. Он успел уже прыгнуть разок – футов с пятнадцати, и теперь переходил к соседнему карьеру, где высота была уже посерьезней – по меньшей мере футов тридцать. Просто посмотрев на воду внизу, уже ощутил головокружение и слабость в коленках. И эта чертова Крыша более чем вдвое выше?

– Просто попробуй, – уговаривал он сам себя. Звук собственного голоса немного успокаивал, придавал уверенности – будто ты и не один. – Просто попробуй! Это же вода, по-любому не убьешься до смерти! По крайней мере, с такой высоты.

И все же Джейс так и продолжал расхаживать туда-сюда по уступу, выискивая подходящее место и старательно держась в добрых трех футах от края. В голове неотвязно сидела картинка: ноги вдруг подламываются, скользят, он летит башкой вперед прямо на камни и всплывает из воды со сломанной шеей…

– Ссыкун! – громко произнес Джейс, потому что сегодня его именно так и назвали, прямо перед девчонками. Охватила такая злость, что он был готов – ну, или почти готов – все-таки поставить ногу на эту чертову стремянку. Но вместо этого предпочел заброшенный карьер, чтобы оправдать себя. Хотя теперь, по зрелом размышлении, стремянка казалась явно предпочтительней.