Танские новеллы

В наше время, когда 600-миллионный китайский народ вступил в новую эру своей истории, встав в ряды борцов за создание социалистического общества, одной из задач советских китаеведов является раскрытие богатейшего культурного наследия этого народа.

Культурное наследие китайского народа велико и многогранно. Одну из частей этого наследия составляет литература, которая насчитывает более двух с половиной тысячелетий своего развития, притом развития непрерывного и засвидетельствованного памятниками.

Особое место в истории китайской литературы занимает время Танской империи (VII-X вв.)[1]. Это — эпоха великих поэтов, классиков поэзии Китая: Ли Бо (701-762), Ду Фу (712-770) и Бо Цзюй-и (772-846). Их творчество заслуженно получило высокую оценку в нашей стране[2].

Но танский период истории китайской литературы ознаменовался и формированием художественной повествовательной литературы. Появляется короткий рассказ, «танская новелла», как ее принято называть в историко-литературных работах. Этот жанр литературы времен Тан известен гораздо меньше и должным образом еще не оценен[3]. А между тем он важен, так как, с одной стороны, связан с историей китайской повествовательной литературы в целом, а с другой — оказал влияние на развитие театра и драмы: темы многих танских новелл легли в основу сюжетов драматических произведений XIII-XVII вв. Большой интерес представляет танская новелла и для изучения процесса складывания художественной повествовательной литературы в средние века. Многое, что характерно для общественной обстановки, в которой формировалась и развивалась танская новелла, особенности социальной среды, в которой она бытовала, ее содержание и даже последующее влияние на драму — многое из этого как бы перекликается с теми признаками, которые присущи новелле раннего европейского Возрождения, разумеется, при полной самобытности и неповторимом своеобразии каждого из названных двух явлений.

Эти причины и побуждают нас познакомить советских читателей с несколькими образцами танской новеллы в русском переводе.

В приложении сообщаются необходимые сведения об эпохе, к которой относится танская новелла, о том пути, по которому прошла повествовательная литература в Китае, дается характеристика и самой новеллы.

Перевод сделан с китайского издания, подготовленного основоположником новейшей реалистической китайской литературы — Лу Синем, который был не только писателем, но и историком литературы своего народа. Именно Лу Синь первый в Китае обратил внимание соотечественников на эту важную часть литературного наследия китайского народа, остававшуюся в тени. Благодаря Лу Синю танская новелла получила широкое освещение в трудах современных китайских историков литературы.

В седьмом году правления «Кайюань»[5] среди даосских[6] монахов был некий старец Люй, владевший секретом бессмертных. Отправившись в Ханьдань, он по дороге остановился на одном постоялом дворе. Поправил шапку, распустил пояс и сел, опираясь на мешок. Вдруг видит юношу в одежде из грубой ткани верхом на черном жеребце. Оказалось — некий Лу, он ехал в деревню и тоже решил остановиться на этом постоялом дворе. Лу уселся вместе со старым даосом на одной цыновке, и они стали оживленно беседовать и шутить. Через несколько времени Лу, взглянув на свою потрепанную одежду, сказал, тяжело вздохнув:

— Посмотрите, вот человек родился на свет для больших дел, а его преследуют неудачи, трудности и ничего ему не удается!

— Посмотреть на тебя — и молодой ты, и здоровый, — заметил старик, — тебе бы только радоваться, а не вздыхать о неудачах. В чем дело?

— А что у меня за жизнь? — возразил юноша. — Разве она по мне?

— Уж если такая жизнь не по тебе, — сказал старик, — то что же тебе подошло бы?

Юноша ответил:

— Великий муж, родившись в этом мире, добивается успеха и создает себе славное имя. За пределами столицы — он полководец, при дворе — он первый вельможа. Он ест лучшие яства, слушает лучшую музыку. Он дает возможность возвыситься своему роду и разбогатеть своей семье. Вот чего я хотел бы! Я думал об учении, стремился обогатить себя знаниями, надеялся в свое время выдержать экзамены. Но вот я уже взрослый, а все занимаюсь обработкой полей. Как же мне не горевать?

Только он все это сказал, как почувствовал, что его очень клонит ко сну. Как раз в это время хозяин гостиницы поставил варить кашу из пшена. Старец вытащил из своего мешка изголовье и подал его Лу со словами: