Танцующий с Огнем

Танцующий с Огнем

Демон огня - многоликий обманщик

Пламя и страсть, темнота и пространство.

Мягкая поступь и алчные очи

Я не боюсь тебя – призрака ночи.

В пламени петлю я пойман навеки,

Адом в крови раскаленные реки.

Дай же мне искру души своей темной,

Я теперь тоже твой раб неуемный.

Вслед за тобой пепелищем по следу

Выжги дотла меня – празднуй победу!

Lutien

Демон огня. Я неподвижно лежу на земле, а ты кружишься вокруг, в своем медленном странном танце. Хищник, которого слишком близко подпустила к себе жертва. От тебя исходит тепло: миллионы золотистых искорок расходятся по моему телу каждый раз, когда ты проходишь мимо.  

Многоликий демон.

Твои мягкие, тихие шаги – ты совсем рядом.

Ты обманчив.

Тебе нельзя верить.

Хаха. Люди думают, что сумели тебя приручить, но разве можно считать, что укротил тигра, всего лишь дергая его за хвост? Мы-то знаем, какую шутку порой может сыграть самоуверенность.

Многоликий демон, ты так непостоянен. Тебе никогда не угодить. Но я не боюсь. Даже твоего гнева, когда ты поднимаешься к самим облакам, озаряя ночное небо красным, когда твое тело, такое яркое, до слез слепит глаза, когда жар оставляет на моей коже ожоги… Больше не боюсь.

Ты забрал у меня все, огонь.

Я видел, как в твоей алчной пасти погибает моя прежняя жизнь.

Этим ты связал нас, накинув огненную петлю на мою шею.

Я тоже твой.

Ты сжег мою душу.

Позволь же мне воспользоваться кусочком твоей.

Он разлепил веки, глядя в усеянное крупными звездами небо. Перед глазами все еще стоял сон: жадное всепожирающее пламя, в котором исчез его дом, мать, сестра … исчезло все, что было дорого. Остался только пепел. И горечь с вязким долгим вкусом где-то в глубине души.

Орин сел. Огляделся, пытаясь вспомнить, где находится.

Старое заброшенное кладбище. Тут уже давно никого не хоронят. Разрушенная временем маленькая часовенька – темнеющий вдалеке силуэт, покосившиеся могилы, высокие крепкие деревья, липы в основном, вместо выложенной широкой дороги – теперь осталась узенькая тропинка, заросшая с обеих сторон высокой травой.

Cюда он пришел после случившегося.

Да точно…

Сначала были слезы и гнев. Он как сумасшедший молотил кулаками по дереву -   кровь уже запеклась багровой корочкой на коже, потом рыдал, скорчившись возле безымянной могилы, потом снова впал в ярость… Слезы и гнев быстро истощили мальчика. Ноги подкосились, и он рухнул у старого уродливого тополя, чей ствол был разбит молнией. И заснул. Даже не заснул, провалился в черные объятия безысходности и отчаяния.

Сейчас же он не чувствовал ничего, кроме легкого голода. Все осталось где-то позади, за глухой дверью, в самых сокровенных уголках памяти…

- Ты проснулся.

Орин вздрогнул, услышав спокойный, смутно знакомый голос. Обернулся.

Это был Бо. Он сидел неподалеку, скрестив покрытые красноватой шерстью ноги. Один из духов заброшенного кладбища. Порой он приближался к их дому, но всегда держался на расстоянии. Заговоренные красные ленты повязанные на крыльцо отгоняли мелкую нечисть. Да только беда пришла с иной стороны…

- Я рад, что ты пришел навестить меня,- губы Бо тронула кривая улыбка. Он продолжал с любопытством изучать ребенка. Тот же в свою очередь хмуро разглядывал Бо в скупом свете звездного неба.

- У меня не было выбора…

- Знаю. Тебе здесь нравится?

- Нет.

- Мне тоже,- вздохнул тяжело дух.- Что ты будешь делать дальше?

Орин пожал плечами. Он об этом как-то не думал. А что ему действительно делать? Ни дома, ни семьи… лучше свернуться где-нибудь и ждать, когда и за ним прилетит Черный Ворон. Ничего не нужно, пусть ветер развеет и его прах, как развеял прах матери и сестры.

Мальчик лег обратно, скорчился на холодной земле, прижав колени к груди.

Распусти свои когти, Черный Ворон, над моей сожженной душой.

- А ну прекрати!

Орин тихо вскрикнул, получив увесистый пинок по ребрам. Бо навис над ним и, видя, что мальчик продолжает лежать, ударил еще раз.

- Вставай. Вставай я сказал, лисье отродье.