Танцы на битом стекле

Багир стоял в тёмном углу сада за раскидистой плакучей ивой и целовался с парнем. Пошлые причмокивания и приглушённые стоны, никто не должен был слышать.

– Багир, где ты там застрял? Ужин не для тебя? – на крыльцо вышел дядя Андрей.

– Иду, дядя, только друга до калитки провожу, – крикнул в ответ племянник.

– Блин, Баги, вечно твой дядюшка весь кайф обламывает, – нахмурился рыжий парень, и сунул руки в джинсы.

– Если мой дядя узнает, что я гей, он мне моську разобьёт. Тебе, кстати, тоже, Джонни, – улыбнулся Багир. – Идём, мне нужно домой. Обещаю, твоя попка будет моей, когда я вернусь из России.

– Ты на два месяца уезжаешь, я буду скучать, – недовольно надул губы Джон.

– Ничего, зато мне ещё тут долго учиться. Мы же только первый курс окончили. Всё, пока, увидимся через два месяца, – улыбнулся Багир, закрывая за приятелем калитку.

Несколько фонарей освещали добротный двухэтажный особняк и часть сада с тропинкой от калитки. Багир не спеша пошёл к дому. Год назад отец отправил его учиться за границу в дом родного брата, который ещё пять лет назад перебрался в Америку, основав тут небольшой бизнес. С собой Андрей забрал дедушку и бабушку, а вот Вилен уезжать из России не захотел. У него было своё большое предприятие, и продавать его, он не он не видел смысла. Багир и сам бы с удовольствием остался дома, но отец решил сплавить его учиться заграницу, чтобы отпрыска не замели в армию. Парень светло улыбнулся, вспомнив о родителях. Мама была детдомовская, но отец влюбился и вопреки запретам деда женился. Так же дед протестовал, когда внуку дали не русское имя Багир. Но отец любил свою жену до беспамятства и соглашался со всеми её причудами.

Зайдя в столовую, Багир уселся ужинать. Дед недовольно глянул на него исподлобья. В семье дяди Андрея было заведено садиться за стол всей семьёй в одно и то же время. Дед Василий всё время ворчал, когда внуки задерживались, а порой, просто смотрел строгим взором.

Мишка и Катя, двоюродные брат и сестра переглянулись с ехидными улыбками. Багир хотел, как в детстве показать им язык, но сдержался, девятнадцать лет всё же, уже не маленький.

– Ты чемодан упаковал Багирчик? – неожиданно подала голос бабушка.

– Конечно, бабуль, завтра некогда будет, – скривился парень, он не любил, когда его так называют.

Следом за бабушкой забухтел дед, рассказывая как маленькому, как вести себя в аэропорту и пройти регистрацию. Багир слушал не перебивая, пререкаться с дедом означало нарваться на его гнев. Вообще-то парень был не из робкого десятка, но знал, когда нужно промолчать и перетерпеть.

– Отец за тобой как всегда охрану пошлёт. Не вздумай от них удрать, как в прошлый раз. Сам знаешь, в России времена непростые, криминал лютует, да и вообще.… Зря Вилен не уехал с нами. Открыл бы своё дело тут. Вон, Андрюша, преуспел. Эх, да что теперь-то, – махнул рукой Василий.

– Обещаю, дедушка, я буду передвигаться по городу только с охраной, – улыбнулся Багир, вставая. – Спасибо за ужин и компанию, я пойду спать. Всем спокойной ночи.

– Спокойной ночи, – пробухтел дед и за ним повторили остальные.

Багир ухмыльнулся. Спать было ещё рано, он и не собирался, просто не хотелось сидеть в компании деда.

Василий Петрович Майбурх в свое время был высоким партийным чином. Когда начиналась перестройка, он сумел погреть ручки, а в заварушку с распадом союза скомуниздил столько, что хватило на бизнес обоим сыновьям. Именно поэтому пришлось уехать из страны вместе со старшим сыном, Василий боялся, что его разоблачат, и будут судить. В стране свирепствовал беспредел, криминал заполонил всё щели. Действовало правило, кто успел урвать, тот и на коне. Часто происходили рейдерские захваты. Бизнес просто отбирали силой, а у милиции было столько дел, что не продохнуть. Иной раз и некоторые оборотни в погонах крышевали и прикрывали. Багир знал обо всём этом, но любил свою родину со всеми её недостатками.

На следующий день он прилетел в родной город. В зале ожидания был крёстный, который одновременно приходился отцу другом и возглавлял службу безопасности. На этот раз с ним прибыли два охранника. Багир искренне удивился такому.

– Здравствуй, дядь Лёш. А эти что тут забыли? – весело хмыкнул парень. – А понял, ты решил подстраховаться. В прошлый раз друзья умыкнули меня прямо из-под твоего носа.

– Здравствуй, Багир. Знакомься, Вадим и Женя. Всё объясню в машине. Такие разговоры не ведутся на людях, – хмуро произнёс Алексей и пошёл вперёд.

Багир в сопровождении дюжих парней поплёлся следом, на душе стало тревожно. Крёстный был бывший майор милиции, и разбрасываться словами не стал бы. Парень взглянул на него, как всегда прямая спина, твёрдая походка. Только стремительно седеющие волосы выдавали в Пугачёве человека, чей возраст приблизился к полтиннику.