Там, за зорями. Пять лет спустя

«Там, за зорями, по вспаханным полям стелется дым от осенних костров. Там по пустынным проселочным дорогам ветер гонит пожухлые листья и все кружит их в вихре листопада. Там прозрачнее дали и печальнее мысли. Там алеет калина и молчит старый «ворот» колодца. Там воспоминания хранят былое и о многом молчат распахнутые настежь двери хат. Там, пугаясь безлюдья, ходят друг к дружке ночевать одинокие старушки. Там, под ветхой стрехой, дремлет сказка.»

Оксана Хващевская

Посвящается Алексею Гоману. Спасибо за бессменный образ принца!

Пять лет спустя

— Не, ну не курва! — ядовито заметила баба Нина, ткнув бабу Маню в бок и кивнув в сторону бабы Вали.

Последняя стояла перед зеркалом, подсвеченным лампочками, в роскошной дамской комнате ресторана пансионата и демонстративно расчесывала свои волосы, которые еще вчера были белыми, как снег, а сегодня приобрели каштановый оттенок.

— Ты толькi паглядзi Маня, як выкраciлась, б…дзь! — Девушки, вы ничего не понимаете! Мы же на такое мероприятие приехали! Нужно ведь соответствовать! Вот я девушка с понятиями, а вы… — невозмутимо отозвалась баба Валя, пытаясь стоять прямо, но удавалось ей это с трудом. Мешал наметившийся горб. Это было у них семейное. Ее мать, покойная баба Дуня, к старости уже не разгибалась совсем, так и ходила буквой «Г» все время, опираясь на палку.

— Ой, змоўкнi! Я цябе прашу, не выводзь мяне хоць тут! Девушка! Я табе як дам зараз! Па паняццям яна жыве! А мы, па-твойму, тут што, без паняццяў? — тут же взвилась баба Нина.

— Вы? — удивленно вскинула брови баба Валя. — А какие у вас могут быть понятия, если вы всю жизнь коровам хвосты крутили? А вот я…

— А ты уткi бальным ставiла да падцiрала iх… — все больше распалялась баба Нина, задетая за живое.

— А калi ж ты ўспела выкрасiцца так? У лесе ўчора бачылiся, яшчэ сiвая была, а цяпер во… — вмешалась в разговор баба Маня.

— А меня Алка вчера покрасила! Я Злату попросила, она мне и купила краску. И теперь вот! Вам не кажется, девочки, что я прямо помолодела?

В семьдесят два года подобное заявление было довольно смелым. Баба Маня так и покатилась со смеху.

— Здурнела ты зусiм! — заявила она. — Так, ты глядзi мне тут, багата не жры! А то людзi яшчэ падумаюць, што ты не жраўшы нядзелю. I не пi! Бо я цябе, так i знай, дадому п'яную не пацягну. Астанешся на лаўцы спаць!

— А для чего, по-вашему, я сюда приехала? Конечно, чтобы вкусно поесть и выпить. Ну и еще на людей посмотреть и себя показать!

— От курва! — всплеснула руками баба Нина. Но что-то добавить к этому не успела. Дверь дамской комнаты распахнулась, и на пороге появилась Злата. — Ну как вы здесь? — остановившись, она оглядела старушек. — От памянеш мяне, Златуля, эта курва сябе тут пакажа сёння! — метнув гневный взгляд в сторону бабы Вали, заяви ла баба Нина.

— Ну что вы! — примирительно улыбнулась девушка, догадавшись о баталиях, которые здесь произошли, пока она отсутствовала. — Все будет хорошо! Она подошла к зеркалу и поправила пряди, выбившиеся из высокой прически, которую сегодня ей сделали в одном из районных салонов красоты. Прическа, как и макияж, была в полном порядке. Достав из маленькой сумочки блеск, девушка провела кисточкой по губам. Покрутила головой, отчего позолоченные тонкие цепочки ее сережек, украшенные бирюзовыми камнями, весело затанцевали. В комплекте с сережками был еще и браслет, широкое винтажное переплетение, украшенное большим отшлифованным камнем. Этот гарнитур она нашла в одном минском магазинчике, торгующем бижутерией. И он лучше всего подошел к ее шелковому блестящему платью цвета морской волны, украшенному крупным узором из золотистого и голубого. Это платье с глубоким декольте оставляло руки обнаженными, под грудью оно завязывалось широким поясом, а дальше, до самого пола, струилось легкими переливчатыми складками. К платью Злата Полянская подобрала серебристые босоножки на изящной шпильке. Пребывая на ногах уже не первый час, она чувствовала, что долго так не протянет. В машине на всякий случай лежали туфли из мягкой замши. Если уж станет совсем невмоготу, она собиралась в них переобуться.

— Ой, Златуля, якая ж ты красавiца! — сказала баба Маня, залюбовавшись девушкой. — А мы тут, старыя, абязацельна спорцiм табе весь вiд, куды ж нам з маладымi цягацца!